«Стон, вырывающийся у соседки по парте, скоре всего, не наигранный, а самый натуральный. От своих подруг Мира слышала о том, что анальный секс причиняет острую боль, особенно в первый раз. Тем более, когда мужчина такой... могучий со всех сторон. Может, Диана не единожды пробовала эту любовную утеху, но в какой-то момент из ее нечленораздельных стонов и выкриков вырвалось на русском языке:»

«Тем временем Алиса легким движением освободилась от прикрывавшей ее одежды и снова наклонилась вниз. Обе женщины ласкали Глеба с такой осторожностью, как будто он был бесценным алмазом. Голова Алисы двигалась все быстрее, она начала постанывать от наслаждения. Неожиданно мышцы Глеба резко расслабились, и он, хрипло дыша, обхватил девушку за плечи.»

«Ох, Катерина! Как без тебя несладко, если совсем уж честно. Написав эту фразу, я еще раз сказал себе "знал куда лез" и сам же себе ответил "отвали". Все-таки, влюбленность в моем возрасте - это довольно забавное ощущение. Красивое, конечно, но сам себе удивляюсь.»

«... Как прогулка превратилась в долгую ночь, не мог сказать никто из них. Просто в какой-то момент она остановилась, резко повернула его к себе и впилась в него жадным поцелуем. Почему она это делает, она объяснить не могла. Родька манил ее к себе, притягивал, завораживал. И ей было все равно, что мальчик еще совсем молодой, что у них больше четырех лет разницы, что завтра он, возможно, уйдет и забудет о ней...»

«Я с удивлением чувствую внезапный укол ревности - чувства, мне не свойственного. Другие кандидатки... Понятно, что ты не мальчик, и все-таки, сколько их было у тебя - тех, которые растворились в сутолоке дней? И тут же одергиваю себя: ведь и я не страдаю излишним целомудрием. А ты же не переживаешь по этому поводу...»

«Перед ее глазами все поплыло. Короткое мгновение растянулось в вечность. Ей показалось, что его глаза из серых становятся синими-синими и бездонными, как море. И в этих глазах она растворяется без остатка.»

«- Катя, Катенька, Катюша, милая моя, моя самая невероятная мечта... Я сейчас поступаю вопреки всякой логике. Это объяснить невозможно. Я слишком часто шел на поводу у своих страстей. А потом минуты наслаждения оборачивались днями и ночами пытки. Возможно, я мутант с точки зрения современного мужчины. Легкие победы потом оставляют на редкость неприятный осадок. А ты... Ты удивительна. Ты достойна совершенно другого чувства. Долгого, а не мимолетного. Не могу объяснить тебе, что сейчас происходит со мной. Да, я безумно желаю тебя. Но - не сейчас. Тот случай, когда похоть бессильна перед чувством. Любовь сильнее.»

«Глеб лежит на спине, широко раскинув руки. Где-то я читала, что в такой позе спят уверенные в себе люди, умеющие многого добиться в жизни. Глеб такое впечатление производит.»

«Представляю себе, как мы выглядели в этот момент. Две обнаженные женщины, кувыркающиеся по мокрой траве, и рискующие в любой момент свергнуться с высоты метров этак семьдесят на засыпающий студенческий лагерь. Но тогда мне уже было все равно. Я поняла, что еще никогда не пробовала настоящей розовой любви. Все эти слюнявые попытки в студенческом возрасте не шли ни в какое сравнение с дикой страстью Таньки, которая елозила по мне, покрывала поцелуями мое тело сантиметр за сантиметром, постанывала, порой срываясь на безумный крик изголодавшейся самки, дорвавшейся наконец-таки до запретного плода.»

«Он ревнует меня к каждому столбу. И не объяснишь же ничего! Думать надо было, когда с красивой женщиной связывался! Будь лучше других - и все! Это сложно, не спорю. Так легких путей никто не обещал.»

«- Знаешь, Ира... - Моя подруга поставила бокал на пол и улыбнулась. - Я имею в виду совсем не то, о чем ты подумала. Банальная дрожь выше коленок - это все понятно и с нашим темпераментом достигается после второго поцелуя в шею. А вот так, чтобы небо в алмазах...»

«Почему-то у меня сложилось впечатление, что это довольно эрудированный человек. Впрочем, опять же, все можно списать и на хмельное состояние. Когда в голове туман, любой бред может показаться откровением.»

«Теперь он входит в меня намного резче. Я вскрикиваю и через пару движений снова уплываю в космос. Он целует мои губы, и я отвечаю ему с какой-то дикой страстью. Он движется все быстрее, его ладонь сильно сжимает мою грудь...»

«Сам Давид про свои фантазии отмалчивался, несмотря на все попытки выведать, какие страсти терзают ее любимого. Но однажды, когда они возвращались из ресторана, отмечая сто дней своего романа (идея принадлежала Давиду), она все-таки добилась своего.»

«Вот они знакомятся: незнакомый мужчина в дорогом костюме, наплевав на судьбу лакированных ботинок, подхватывает ее на руки и переносит через лужу. Лужа глубже, чем кажется на первый взгляд, и мужчина с легкой досадой смотрит на брюки, испачканные чуть ли не до колена.»

«Кажется, мне удалось разбудить в тебе женщину в самом лучшем понимании этого слова. Твое тело становится горячим, превращаясь в одну эрогенную зону, которую я ласкаю снова и снова, доводя тебя до высшей стадии блаженства.»