Лесбиянки: Порно рассказы

«Весеннее солнце заливало весь класс, заражая безудержным весельем его обитателей. Даже модель скелета казалось, радостно улыбалась. До звонка оставалось не больше десяти минут, и поскольку урок был последним, настроение у всех было каким угодно, только не рабочим. Напрасно Александра Владимировна прохаживалась по классу, стараясь не допустить возникновения всеобщего бедлама.»

«Нина, визжа от боли, закивала головой. Полицейский нанёс ей десять ударов, стащил её со стола, поставил на колени и вновь поднёс свой член к губам женщины. Нина разжала губы и обхватила ими головку, довольно большого органа. Насильник, тут же, схватил её за волосы и, буквально, насадил на себя. Он начал интенсивно двигать туловищем, глубоко проникая в рот жертвы. Остальные полицейские стояли вокруг и смотрели за процессом, интенсивно массируя между ног. Затем, старший полицейский, подошёл к Нине сзади, поднял её на ноги и раздвинув ягодицы, проник пальцами во влагалище. Нина отпрянула и пыталась избавиться от члена во рту, но тут же получила удар плёткой по спине и покорно замерла. Второй полицейский проник женщине во влагалище членом, и они начали насиловать её вдвоём. Полицейский, который насиловал Нину в рот, затрясся, вытащил член и пустил струю спермы в лицо женщине. Он отошёл в сторону, и его место тут же занял следующий, из тех, кто смотрел. Девушка, стоявшая у стены переводила только фразы, относящиеся к Наталье. В основном это были обзывательства со стороны полицейских. Анна и Наталья с ужасом наблюдали за всем происходящим. Анна плакала. Изнасилование Нины продолжалось минут тридцать. Все полицейские по очереди насиловали её в рот и во влагалище. После этого её растянули, лицом вниз на столе и все пятеро изнасиловали её в анус. Видимо Нина была "девственна" там, как сильно кричала.»

«Ты обнимаешь меня, шепчешь на ушко о том, как сильно любишь меня и что будешь безумно скучать. Поцелуй, еще один... какое странное ощущение... что-то между первым и последним. Ты осторожно, можно даже сказать робко, прикасаешься к моим губам, в перерывах снова говоришь о любви. Хотя, слова тут совсем ни к чему... От них почему-то делается еще больнее и печальнее. Я люблю тебя и не хочу расставаться ни на секунду! А ты уезжаешь... далеко и надолго. Даже в голове не укладывается, что сегодняшнюю ночь мне придется провести в одиночестве. А завтра утром... ты не чмокнешь меня в щечку и не скажешь "С добрым утром, солнышко"... И кофе придется пить в одиночку. И в обеденный перерыв ты не позвонишь мне. И не кого будет порадовать своими кулинарными способностями за ужином. От этих мыслей становится не по себе, хочется превратиться во что-то маленькое, серенькое, забиться в какой-нибудь угол и ждать, когда это все закончится.»

«Меня ставят на колени раком. Я в страхе и возбуждении ожидаю своей дальнейшей участи. Тотчас перед моими глазам появляются несколько огромных черных фаллосов. Толстые, обвитые канатами проступивших огромных черных вен. Темные бардовые головки величиной с мои кулаки налиты кровью и влажно блестят от возбуждения. Головки членов упираются мне в лицо. Я хватаю один из них и направляю в свой маленький жадный ротик. Но головка не проходит. Тогда, набрав в рот побольше слюны, я скольжу губами по члену, покрывая его смазкой. Маленький быстрый язычок распределяет ее по всей поверхности. Негры обступившие меня сзади, не теряют времени даром. Я чувствую, как в мою маленькую похотливую щелку пылающую огнем, упирается огромный вздыбленный хуй. Огромная головка скользит между моих влажных половых губок, массирует клитор, отдаваясь волной возбуждения во всем моем теле. Напор сзади увеличивается, и я чувствую как головка, медленно раздвигая стенки моего юного упругого влагалища, миллиметр за миллиметром с трудом погружается вглубь. Но вот головка погружается в меня целиком, разрывая мое девственно узкое влагалище. Огромный поршень проталкивается в меня, заполняя все лоно, тесно обхватившее его со всех сторон. Из моей груди вырывается вопль боли смешенной с возбуждением. Подобно кошке я прогибаю спину, выпячивая попку навстречу разрывающему меня члену. По моим щекам текут слезы, рот широко раскрыт в немом крике. В этот миг влажная от моей слюны головка черного хуя, раздвигает колечко моих упругих губ, проникая в рот. Член скользит у меня во рту, проникая все глубже и глубже, пока не упирается гланды. Негр двигает тазом. Обхватив мою голову руками, он с силой насаживает меня на свой хуй, буквально трахая меня в рот. Его огромный член пульсирует у меня во рту. Он то почти выходит наружу, останавливаясь на середине головки, то силой погружается внутрь, настойчиво упираясь в основание моего горла, пытаясь проникнуть в его узенькую тесноту. В это время негр, берущий меня сзади, обхватывает мою крошечную талию огромными черными руками и с силой вгоняет свое естество в мое хрупкое тельце. Его огромный член с трудом ходит в моем юном влагалище, которое тесно обволакивает его со всех сторон. Движения члена становятся яростнее и быстрее, разрывая мое нутро. Я вскрикиваю и член, берущий меня в рот, раздвигая гланды и разрывая горло, врезается в тесноту пищевода. В это время головка члена, упирающаяся в мою матку, начинает бешено пульсировать. Я чувствую, как сперма густыми горячими струями проникает в мое лоно. И меня сотрясают судороги накатывающего на меня оргазма. Мое тело резко сокращается, тугое влагалище мягкими толчками массирует заполнивший его член. Ноги и руки дрожат. Мышцы горла туго обхватывают проникшую туда головку члена, и я чувствую себя рыбой пойманной на огромную приманку, и вытащенной на смертельный для нее воздух. Член во рту тоже сотрясается конвульсиями, выплескивая горячие струи в горло, где они свободно стекают в желудок. Опадающий член выскальзывает изо рта. Ниточка слюны и спермы стекает с уголка моих губ на подбородок. Освободившееся место тотчас занимает следующий ствол, который начинает долбить приспособившееся под большие размеры отверстие. Я активно помогаю ему. В такт движений рта я подрачиваю его огромную дубину, обхватив ее маленькой вспотевшей ладошкой. Вытаскивая член изо рта, облизываю его, щекочу шаловливым языком и снова засасываю в тугое кольцо влажных губ. Беру за щеку и глубоко пропихиваю в себя, погружая в растраханное горло. Мои черные волосы растрепались и щекочут его живот, покрытый мускулистыми пластинами пресса. Заметив как много вокруг меня воспаленных страстью членов, вожделеющих нежной влажной ласки, я беру их в рот попеременно. Непрекращающимся потоком на меня проливаются фонтаны спермы, которую я глотаю, слизываю с пухлых губ влажным языком. Сперма покрывает мое лицо, тонкими восковыми струйками стекает по черным волосам.»

«Ты смягчилась, и почувствовал, что это приближается со скоростью и мощью поезда. Я знаю, это было сильно. Нина отстранилась назад и принялась яростно и быстро дрочить меня. Я выстрелил сначала между ее роскошных грудей, а затем на твои. Она переводила меня с себя на тебя, пока я не истощился. Затем она повернулась к тебе и принялась тебя облизывать, а ты стала облизывать ее. Моему члену захотелось тоже, и вскоре вы вдвоем принялись вылизывать его начисто. Мы направились на кровать.»

Героиня рассказа не смогла сопротивляться напору закоренелой подружки лесбиянки и все же сдалась. Понравится ли ей такая интерпретация секса?

«Когда за гостьей закрылась дверь, у нас с Анькой случился бурный секс. По-видимому, каждый из нас представлял в своих объятиях Елену. Секс был бурный и долгий, с криками, повизгиваниями, шлепками и беготней голышом по длинному нашему коридору. Проживавшая вместе с нами престарелая Анькина бабушка с опаской выглядывала в коридор из двери своей комнаты. Ей, участнице трех революций, старой большевичке, отличнице здравоохранения и герою предвоенной вакцинации народов Крайнего Севера, давно хотелось в туалет, но она так и не решилась выйти в коридор до глубокого вечера. Впрочем, она ничему не удивлялась и претензий не высказывала: она насмотрелась и не такого на Крайнем Севере и в ГУЛАГе.»

«До сих пор я слышу ее слова, порой даже чувствую прикосновение ее теплых губ, прикасающихся к моему ушку, и шепчащих мне нежные слова, слова любви. Чувствую прикосновение ее нежных рук, чувствую тепло ее тела, чувствую ее ласки, её нежность...но открывая глаза снова попадаю в этот жестокий мир...где никто меня не понимает, где нет никого кто бы мог выслушать меня, понять, понять мою боль, попадаю туда, где есть люди, но нет её. В моей памяти остались лишь те прекрасные моменты, то время проведенное с ней. Я и хочу и не хочу забывать этого. Как говорят память это очень сложная штука, ее просто так не сотрешь...не вырежешь из памяти то, о чем хочешь забыть, потому что ты думаешь о том, что надо все забыть, но не можешь. Хочу все забыть, потому что не могу больше терзать себя прошлым, я знаю что больше не смогу быть с ней, я знаю что ее уже не вернуть, она теперь не моя, теперь она той, другой дарит свою любовь, тепло, нежность, ласку. От одной только мысли что она не со мной мне просто хочется умереть.»

«Трусики, с помощью моих рук, соскальзывают все ниже и ниже, скоро пред моим взором предстает плод, слаще которого я еще не пробовала. Прикасаюсь к нему языком раз, два, твое дыхание учащается. Продолжаю исследовать каждую складочку, твое дыхание постепенно перерастает в тихий стон. Еще немного и мои пальцы, один за другим, погружаются в тебя и начинают свое путешествие. Ты лежишь передо мной обнаженная, беззащитная, все моя, я могу делать все, что захочу. Я никогда не причиню тебе боли, я буду ласкать тебя. Еще несколько движений и волны оргазма накрывают меня. Я останавливаюсь, дорожкой поцелуев поднимаюсь к твоим губам, нежно целую и ложусь рядом. Немного придя в себя ты хочешь проделать тоже со мной. Нет, солнце, я не люблю, когда меня трогают. Твоя настойчивость вновь вознаграждается, я отдаюсь в твое распоряжение. Еще не с кем мне не было так хорошо, и думаю, что не будет. Заснули мы только под утро.»

«Но я не хотела останавливать сладкую пытку, которую я творила над ней, чувствуя приближающийся оргазм, я отрывалась, а потом снова жадно впивалась в ее жаждущий клитор. Всё это было так... ммм... невероятно потрясающе: я доводила до изнеможения Машу и была сама на грани взрыва... Я сама уже не могла спокойно ласкать Машу, мое дыхание то и дело сбивалось в стоны. . Аллочка сильно нажала на мой клитор язычком и стала "усердно" ворочать свой язычок на клиторе. . нет, этого я уже не могла выдержать. . Моя спина выгнулась, рот сильно-сильно впился в Машину киску, на мгновенье мне показалось, что я схожу с ума, предметы вокруг завертелись в бешеном ритме, мне было так хорошо, нет, "хорошо" - не то слово, я словно парила в воздухе, я кайфовала в оргазме и это было прекрасно. . восхитительно... О, да. . С небес на землю меня спустил крик оргазма Маши. . Оказывается, "витая" в оргазме, я не переставала лизать мою девочку, и она кончила... о, Боже, КАК она кончила. . она кончала ужасно долго, ярко, метая голову из стороны в строну, ее ножки сотрясала дрожь, она была словно в лихорадке... В это время Аллочка слизывала с меня то, что "выделил" оргазм... Машенька закончила кончать и в изнеможении лежала, она смотрела на меня удивленно, словно бы еще не осознавая, что это было и как можно получить такое грандиозное наслаждение... Ее слова подтвердили мою догадку:»

«По моему блестящему, облитому тончайшей серебряной пленкой телу, пробегают волны слабых электрических импульсов, вызывая конвульсивную дрожь. Мое тело в области шеи, талии, рук и ног обхватывают эластичные белые кожаные браслеты, лишающие меня возможности двигаться. Руки и ноги до упора разводятся в стороны. Лишенная всякой возможности сопротивляться, распятая, я лежу, ожидая, чем это все закончится.»

Как легко и быстро может повернуться твоя жизнь

Продолжение лесбо-куколд фанфика "На поводу у столицы" Он снова приезжает в Москву, а его любимая уже живет с девушкой, и не смотря на это, он хочет быть рядом, но всё будет лишь по их правилам

В предыдущей части рассказа хозяйка куклы-телохранительницы так и не удосужилась прочитать прилагаемую инструкцию, за что жестко поплатилась в этой. Не разобравшись в режимах, девушка приказывает кукле включить режим "Жестокая Ебля" на беду своей нежной попочки.

Что дороже, большое количество денег или собственная сексуальная невинность? Героиня рассказа выбрала деньги и простилась со своей невинностью. Девушку взяли силой сразу семеро молодых горячих парней.

Героиня рассказа делится своим опытом в лесбийском сексе. История надо сказать неожиданная с весьма интересным ходом событий.

«Мы познакомились с ней год и шесть дней назад. Это было четвертого мая...»

«Пальцы раздвинули губы и скользнули в мое мокрое лоно. У меня начала кружиться голова. Толчок, еще толчок. Большой палец трется о мой клитор, другие пальцы у меня внутри. Она пытается сжать ладошку в кулак. Клитор бьется в предчувствии оргазма, она сжимает пальцы еще раз, зубы впиваются в мою грудь,: толчок, и я со стоном проливаюсь оргазмом на ее руку.»

«Два пальчика мои находились в ней, а большим я играла с её клитором. Язычком я ласкала её соски, Она постанывала, всё ближе и ближе подходила точка кипения, и тут я почувствовала как её сокровищница сжала мои пальцы и она начала дёргаться от накатившего её оргазма, а я не убирала руку, а наоборот продолжала и продолжала так весь вечер и всю ночь я доставляла ей удовольствие.»

Мария-приличная, набожная девушка находящаяся под полным контролем и гнетом своей властной матери, но летние каникулы смогли посеять сомнения в правильности её пути, который навязала ей мать.

Тепер подружки организовали груповушку прямо в колледже.

Мы знали друг друга с детства. Двоюродные сестры, связанные крепкой дружбой, которая постепенно превращалась во что-то большее. Годы разлуки и молчания разорвали нашу связь, но теперь мы должны встретиться снова. Я задаюсь вопросами: изменилась ли она? А помнит ли она меня? Стоит ли мне готовиться к этому, или всё останется в прошлом? Что ждёт нас там?

«Я лежу голенькая и жду возвращения моей любовницы... и тут появляется она с огромным (как мне тогда казалось) членом, от неожиданности я ахнула... Сашка пока отложила "свое" орудие и занялась мной. Она легла сбоку и начала массировать мои возбужденные соски, язычком лизала их, погружала в рот, засасывала, потом начала продвигаться к моей уже намокшей киске. Ноги сами собой раздвигались, я хотела ее...»

«Представляю себе, как мы выглядели в этот момент. Две обнаженные женщины, кувыркающиеся по мокрой траве, и рискующие в любой момент свергнуться с высоты метров этак семьдесят на засыпающий студенческий лагерь. Но тогда мне уже было все равно. Я поняла, что еще никогда не пробовала настоящей розовой любви. Все эти слюнявые попытки в студенческом возрасте не шли ни в какое сравнение с дикой страстью Таньки, которая елозила по мне, покрывала поцелуями мое тело сантиметр за сантиметром, постанывала, порой срываясь на безумный крик изголодавшейся самки, дорвавшейся наконец-таки до запретного плода.»

«Наташа пошла на кухню и тут же поставила кофе. Я прошла в гостиную, все было по-прежнему, только изменилось одно. Вместо фотографии, на которой была Наташа с бывшей своей девушкой теперь стояла наша общая фотография, где я, Наташа и маленький Сёма. Я улыбнулась, и пошла на кухню. Наташа готовила кушать, теперь она уже не спрашивала меня, буду ли я кушать или нет. Я так же как и в день знакомства облокотилась на дверной косяк...»

«С огромным трудом я оторвалась от этого прекрасного зрелища и заглянула в анкету. Ничего из нее не запомнила, кроме ориентации: Би! Я скорее открыла окошко с сообщениями и трясущимися пальцами написала: "Привет. Давай познакомимся:". Отправив сообщение, я решила скорее отвлечься от мыслей о ней, понимая, что ни к чему хорошему это не приведет. Я закрыла gay. ru и залезла в аську, где меня уже ждал очень интересный собеседник, можно сказать, партнер по виртуальному сексу. Разговаривая с ним, я все время думала о ней. Я так боялась, что она мне не ответит. Когда я собиралась спать, я проверила, не написала ли она мне что-нибудь, и очень расстроилась, не найдя там ничего нового. Засыпая, я думала о ней, проснувшись, я тоже думала о ней: От этих мыслей меня отвлекал только сын, поэтому мне довольно легко удалось прожить день. А ночью я опять залезла в интернет, сразу же на gay. ru.»

«Я согласительно кивнула. После двух выпитых бокалов стало гораздо приятней на нее смотреть. Она преобразилась: стала более раскрепощенной и расслабленной. Мне это очень нравилось, я смотрела на нее удивленно с любовью. Да, именно с любовью, так как я уже не представляла себе жизнь без нее, я хотела быть всегда рядом с ней, хотела показать ей другую жизнь, без работы и забот. Начало было положено, дальше мы продолжили распитие коньяка, болтали обо всем, даже не вспоминая о работе. Бутылка закончилась, мы были навеселе.»

«Я снова вернулась рукой в трюмо и достала от туда огромный сдвоенный фаллос. Дала тебе его облизать. Ух ты. Ты заглотила свою половину почти полностью. Оставаясь в позе 69, ты только сместилась вниз чтобы наши киски были рядом ввела сначала себе а потом и мне этот огромный инструмент. И вот мы с тобой связаны неразрывной связью.»

«И сейчас Лилия доверчиво и наивно смотрела в темные глаза Джамы, она тонула в них, между тем отвечая на её шутки разными колкостями, даже провоцируя подругу. По дороге с охоты они всегда громко ругались, выставляя этим протест в адрес старших амазонок, которые запрещали молодым девушкам сквернословить, а то боги обидятся, и вы попадете к кентаврам. Ха! Да что им за дело было до всех этих богов! А попасть к кентаврам, после сокровенных рассказов Джамы, Лилия бы тоже не отказалась. И даже их жестокость не смущала, а наоборот восхищала маленькую девочку. "Маленькой" её называли потому, что ростом она, прямо скажем, не вышла. Ей на всех приходилось смотреть снизу вверх, и это обычно раздражало Лилию, но только не тогда, когда они были вдвоём с Джамой. Лилии нравилось чувство своей защищенности, непоколебимой уверенности в том, что ее есть кому защитить, что Джама, высокая и сильная, всегда заслонит ее от стрелы, подхватит на лету бумеранг, закроет собой в случае опасности.»

«Через часа три пришел Артем и они затихли, разомлевшие. Нана кончала раз шесть. И Тина пару раз. Головы у них кружились, руки были в соках, губы пахли влагалищем. Нана была просто счастлива. Она курлыкала своим полубаритоном и Тине было вдвое больше лет.»