По истечении установленного природой срока, обе женщины и разродились. При выписке из роддома, первым, мы с Костиком приняли Любиного малыша. Довольная медсестра, счастливо улыбаясь передала нам ребёнка, с удивительной ловкостью взяв предназначенную ей денежку.
Чудесный малыш, со светлыми волосиками на головушке был прекрасен, великолепен! Бля! Ну какие ещё восхитительные эпитеты применить к этому ребёнку? Он на столько был похож на моего возлюбленного, что выбор имени и не мог быть иным: парнишку конечно же назвали Константином.
Несколько опешила санитарка роддома, однозначно узнавшая меня, и передовая в мои руки ещё одного младенца рождённого уже Верочкой буквально через несколько дней. То, что этот сын был точно от меня, сомнений не вызывало. Глазки, волосики… Да, и всё-всё остальное однозначно моё! Я принял младенчика и заранее проклял всех тех, кто только попытается отнять его от меня. По согласованию с Верочкой, маленького назвали Павлом. Люба и Костя одобрили наше решение, сообщив, что это имя им нравится. Ни секунды не сомневаясь, я признал своё отцовство над обоими мальчиками, о чём и были сделаны отметки в свидетельствах о рождении детей.
- Андрей! Так это действительно мой сын? - Спросил Костя, когда мы были в ванной.
- Нет, милый! Это наши с тобой сыновья и… Я очень хочу, чтобы мы и дальше жили одной большой и дружной семьёй.
Вернувшись с работы на следующий день, я застал в квартире незнакомого мне мужчину, который, раскрыв ноутбук, сидел рядом с Константином за столом на кухне, обложившись документами (свидетельство о собственности на квартиру, паспорт моего любовника и ещё что-то).
- Андрей Васильевич? - Поинтересовался он.
- Да! А Вы кто?
- Я нотариус. Меня пригласил вот этот молодой человек, который пожелал составить завещание в Вашу пользу. Будьте добры передать мне Ваш паспорт.
Ничего не понимая, я отдал ему свой документ.
- Ну вот и готово. - Констатировал он, пододвигая к нам, распечатанную на мобильном принтере копию. - Прошу ознакомиться и перепроверить свои анкетные данные.
Из документа следовало, что всё, принадлежащее Константину движимое и недвижимое имущество, в случае его смерти, переходит в полною мою собственность…
- Анкетные данные верны, но я ничего не понял… Зачем всё это?
- А Вам и не требуется ничего понимать, молодой человек. Это волеизъявление собственника. - Вставив в принтер официальный бланк, он распечатал текст уже на нём и попросил нас расписаться.
Назвав цену своих услуг за вызов на дом и госпошлину, получил деньги, выписал квитанцию и удалился.
Я смотрел то на бланк, то на своего пацанёнка.
- Как это понимать, Костенька?
- Ну… Во-первых, у меня достаточно опасная профессия и у нас в части многие ребята так поступают, не желая лишних проблем своим родственникам в случае чего… Во-вторых, я знаю, что ты никогда не бросишь моего сына… Прости, Андрей! Не бросишь наших сыновей. Пусть хоть эта малость послужит их благополучию…
- Ты, что, придурок? Помирать собрался???
- Нет, конечно… Более того… Можно я на Верочке женюсь?
- Так это тебе не у меня, а у неё разрешение и согласие спрашивать нужно.
- У меня из родных только ты и сын. Наши сыновья… Ты не будешь возражать?
Получив одобрение своего решения, парень обнял меня за шею и жарко поцеловал.
На следующий день, Костя и Вера подали заявление и через месяц их брак был официально зарегистрирован.
Узнав от соседей по лестничной площадке, что они намерены продать свою трёхкомнатную квартиру, я предложил себя в качестве покупателя.
Заняв деньги у отца, я выкупил жилплощадь и перевёз Веру с сыном к себе поближе. Чуть позже, удалось и квартиру Верочки продать, благодаря чему я расплатился с родителем сполна. Проведя некоторую перепланировку, а точнее – соорудив внутренние дверные проёмы в стенах, мы получили шикарное жильё. Шесть комнат, которые и изначально были комнатами, три санузла, а ещё и две кухни, также ставших жилыми помещениями. Несмотря на то, что и их гнёздышко я обустроил по полной за свой счёт и купленную кровать «сексодром», молодые предпочитали спать вместе с нами. Между прочим, я заметил, что особенно заводило наших жён… Половой акт в попку мне или мой в попочку любовнику, практически доводили их до безумного оргазма и они стонали гораздо громче нас, чем очень возбуждали…
Через полтора годя супруга сообщила, что вновь беременна и заверила, что в этот раз однозначно от меня. Роды прошли без проблем, и я принял на руки конвертик с ещё одним моим сыночком. Уже третьим… Парня мы назвали Виктором, что вызвало особое удовольствие моего папаши, подарившего нам немалую сумму денюшек…
Бабушка с дедом были на седьмом небе от счастья и с удовольствием нянчились с внуками, всячески привечая и всю мою большую семью: Любашу, Верочку и Константина, понимая, как мне дорог этот парень.
Старшим парнишкам исполнилось по три года и тут грянула беда… У Веры диагностировали рак… Лучшие доктора, самые дорогие клиники… Ничего не помогло… Она полгода стоически боролась, но болезнь победила. Мы похоронили останки Верочки, чувствуя, как нам не хватает этой заводной и весёлой женщины…
Беда не приходит одна… Три месяца спустя, с боевого дежурства, домой не вернулся Костя.
Я позвонил в часть, где мне сообщили, что парень погиб, выводя старушек из горящего частного дома престарелых. Обрушившаяся на голову балка не оставила шансов на жизнь… Похороны прошли торжественно и за счёт МЧС. Посмертно, Костику была вручена медаль «За отличие на пожаре»… Ему она уже точно была не нужна, но… Пусть сын гордится!
Вот так мы и остались с Любовью вдвоем: она без любовницы, а я без любовника… Хотя, почему вдвоём? Трое наших сыновей росли и радовали нас своими успехами и достижениями в познании всех перипетий этого сурового и не менее жестокого мира.
