- Тогда я обязательно тебя нарисую, - прошептал он, подойдя ко мне ближе.
Моё сердце забилось очень сильно. Парень явно нарушил границы моего личного пространства. Расстояние между нашими лицами сокращалось. Мне нравятся такие моменты в жизни, когда из-за выброса адреналина в кровь, сердце готово вырваться из груди, а время будто замедляется. Я много смотрела романтических фильмов, видела целующихся людей, поэтому и самой хотелось попробовать. И вот кажется сейчас сбудется моё желание. И тут впервые в моей голове заголосили мои тараканы: «Эй, не позволяй ему ничего! Эй, ты что делаешь? Он же какой-то слишком нормальный! Какой-то очень простой паренёк! Не надо, не целуй его!»
«А ну цыц!» - рявкнула я на них про себя. И вот мысли утихли, а он всё ближе и ближе. Внутри живота нарастало какое-то странное чувство, которое перерастало в нечто большее, поднимающееся вверх. Я решилась, поэтому сама подалась навстречу. И через пару мгновений наши губы соприкоснулись. Ненадолго, без какой-то страсти, но это было просто «Вау»! Бум!». В голове как будто салют только что взорвался. Мне понравилось.
Немного отстранившись назад, Патрик вновь приблизился и ещё раз меня поцеловал. Я ответила. Поцелуй был юношеским, первым, поэтому совсем краткосрочным и немного влажным. И ещё раз.
- Патрик, - улыбалась я – Нас могут люди увидеть.
Мы оглянулись, на улице никого. Дома были окрашены в ярко-красный цвет, так как солнце уже почти село. Из окна дома напротив на нас смотрело лицо какой-то бабушки.
Патрик взял меня за руку и зашагал по улице, уводя меня за собой. Он улыбался, что бывало не так часто.
- Уже так поздно, - сказал он – Надо поспешить домой, а то тебя наругают.
И действительно, я сама и не заметила, как прошел вечер. Дойдя до моего дома, он вернул мне сумку и сказал:
- Если хочешь, то завтра можешь мне попозировать, как раз все мои уезжают к родственникам на два дня.
- Идёт, - согласилась я – Очень жду.
Конечно же он ещё раз наклонился ко мне. И ещё раз, но уже в груди возникло странное чувство. Примерно такие же можно испытать, катаясь на качелях, когда ты на самом верху, и на короткое мгновение попадаешь в невесомость. Я опять пошла ему навстречу. Ещё один поцелуй.
- Пока, - сказала я и помчалась по ступенькам вверх.
Зайдя домой и закрыв дверь, я стояла в прихожей, переваривая то, что сейчас произошло.
- Алисонька, - встревоженно сказала мама, увидев меня, – Что случилось? Почему ты так поздно? Тренировка закончилась четыре часа назад.
- Мам… - сказала я, опершись на дверь и запрокинув голову, - Мы с Патриком гуляли… И он меня поцеловал…
Мама, визжа, подскочила ко мне и стала обнимать. На эти звуки со второго этажа прибежал отец.
- Что случилось? Вы чего орёте?
- Димка, - ответила она, сильно возбужденно, - Я тебе потом объясню, дай нам посекретничать.
- Ну ладно… - ничего не понял он, но развернулся и ушёл в гостиную.
Я в подробностях рассказала маме о том, как мы с ним познакомились, как гуляли, о чём говорили. И конечно о поцелуе. Она слушала и не перебивала. Потом потащила меня в мою комнату.
- Думаю пора нам уже посплетничать, как настоящим женщинам, - сказала она, закрыв дверь.
Именно с того дня, мы с ней говорили обо всём. Она мне рассказала о своей первой любви, о первом поцелуе, о первом мальчишке, который в неё влюбился, а она ему отказала. Рассказала о том, как встретила папу, как влюбилась, как он её сделал предложение. Мне было интересно. Папе тоже, поэтому он пару раз заглядывал в комнату, пытаясь узнать, что происходит, а мы в один голос просили его закрыть дверь и не мешать.
Почти полночи мы с ней проболтали. Даже во время мытья мы трещали и трещали. Отец конечно уже спал третьим сном, когда мы завалились обе на их большую кровать. Боясь его разбудить, мы легли спать. Мама скоро засопела, а вот ко мне сон не шёл. Наверно из-за волнения. Я опять решил поиграть с игрушкой папы, правда было не удобно, так как он лежал на правом боку, спиной ко мне. Я легла, обняв его, слушая его сопение и убеждаясь, что он спит. А ручку опустила вниз, нащупав вялый отросток.
Немного погладив, я обхватила его пальчиками и стала водить вверх-вниз. Конечно, член скоро окреп и вырос. Удивительные создания мужчины – их гениталии живут отдельно от остального организма. Папа спал, а его пенис – очень даже нет. Меня это очень забавляло. Член стал очень крепким и горячим, так прикольно дергался от каждого моего прикосновения. Вскоре я почувствовала, что уже почти засыпаю, поэтому пришлось оторваться от игрушки и лечь спать.
На следующее утро, отказавшись к удивлению родителей от похода на пляж, я поспешила встретиться с Патриком. Он ждал меня недалеко от своего дома.
- Привет! – помахал он мне улыбаясь во весь рот.
Я даже не знала, как себя вести, позволить ли ему меня целовать ещё или нет? Ведь я не знала, как он ко мне относится, чего хочет, будем ли мы встречаться. Много разных мыслей в голове крутилось, но я при этом помахала ему. Он подошёл ближе, но видно, что тоже застеснялся, поэтому не стал лезть ко мне с поцелуями.
- Привет, - сказала я – Как дела?
- Хорошо, спасибо, - ответил он, заведя руки за спину, крутя ими там – Ты… Мы… Я… Это… В общем пойдём ко мне. Правда я решил не рисовать тебя.
- Почему это? – огорчилась я.
- Просто ты должна несколько часов сидеть и не двигаться, - пояснил он – Но, зная тебя, ты столько не высидишь.
- И что же тогда? – не поняла я.
- Устроим тебе фотосессию! – радостно сказал он, взяв меня за руку.
- Звучит интересно, - улыбнулась я, глядя ему в глаза, - Я слышала про такое. Но я никогда не видела в живую.
- Ну вот, - посмотрел он на меня – Не только увидишь, но и сама поучаствуешь.
Мы поднялись по ступенькам и зашли в его дом.
- Ого, - проговорила я, осматриваясь по сторонам, – ничего себе у вас домище!
- Да, большой, - кивнул он – Этот дом построил ещё мой прадед, он был богатым и имел большое влияние. Бабушка унаследовала его состояние, которое растеряла вместе с влиянием. Но совсем не признаётся в этом.
Он повёл меня на второй этаж по витой лестнице. Я заметила, что дом был отделан очень дорого. Даже перила были покрыты золотой краской и лаком. Мне даже было страшновато браться за них руками, так как могла поцарапать.
- Вот здесь моя комната, - сказал Патрик, ведя меня по коридору – Но нам туда пока не нужно. Нам надо в мастерскую.
Пройдя дальше, я увидела просторную и светлую комнату, уставленную разными стойками и «зонтиками». Патрик, видя, что я рассматриваю всё оборудование, рассказывал мне о них и называл их.
- Это фотозонт.
«Опа, почти угадала» - подумала я.
- Это – софтбокс, это – стрипбокс, это – рефлектор, это – фотофон.
Экскурсия длилась достаточно долго. Я не совсем понимала, для чего нужны все эти штуки.
- Я не очень люблю студийные фотографии, - сказал парень – Они получаются какими-то ненатуральными, неестественными. Но правда качество такой съёмки и, как следствие, фотографий - гораздо выше.
- И как ты будешь меня снимать? – спросила я.
- Давай попробуем и в студии, потом где-нибудь ещё, например, в комнате или на улице, - сказал он, - А завтра посмотрим на сами фотографии. И с самой лучшей я нарисую картину.
- Идёт, - сказала я.
Я много видела всяких журналов. Для женщин, для девочек, семейные и т.д. На обложках частенько были женщины во всяких разных одеждах, в разных позах и на разных фонах. Смотрелось красиво и непринуждённо, поэтому я, как и многие девчонки, мечтала о карьере модели. Но вот сегодня я впервые поучаствую в фотосессии. Пусть и не совсем профессиональной, но мне и этого хватило.
- Там за занавеской висят разные платья, - сказал Патрик – Мне они достались от старшей сестры, которая уже учится в университете в Англии. Некоторые я купил на распродаже.
- Ты покупал себе платья? – скосилась я на него, когда взяла ближайший предмет одежды с вешалки – Мне вообще не нравится носить одежду.
- Да, я это уже слышал, - проговорил он, немного покраснев, - Переодевайся и выходи на сцену.
Я кивнула, положила на стул вешалку с одеждой для фотосессии и спокойно сняла с себя платье, потянув его руками снизу.
- Ты чего делаешь? – возмутился мой фотограф – Там же занавеска для этого есть.
Я стояла посреди комнаты в одних беленьких трусиках, держа в руках своё платье, смотрела на Патрика и не понимала, чего он так нервничает. Но тут до меня дошло, что он видит меня почти голой второй раз в жизни, а сам он не нудист.
- И чего ты так волнуешься? – спокойно спросила я, оглядывая себя со всех сторон, - Это просто я и моё тело. У всех людей такое тело.
- Не у всех вообще-то… - заикаясь пробормотал он – У женщин не такое, как у мужчин, да и все скрывают свои тела.
- Вот и зря, - также спокойно продолжила я, одевая новое платье, которое было примерно моего размера, - Так здорово быть без одежды. Так свободно, легко и …
Тут я немного потеряла мысль, так как обернулась на Патрика, которые стоял, раскрыв рот, а с его губ упала маленькая капелька слюны на пол. Это был первый раз, когда мужчина терял дар речи, видя меня такую раскрепощенную.
- Патрик, всё хорошо?
- А? Да… - он стер слюну с подбородка – Да, всё хорошо. Проходи сюда.
Я не буду рассказывать в подробностях всю эту чертовщину, что случилась дальше. Короче, мне очень не понравилось быть моделью. Патрик из робкого очкарика превратился в грозного монстра, который командовал, критиковал постоянно, даже иногда срывался на крик. То ему не нравится моя поза, то выражение лица, то свет не так падал, то я не так смотрю, то платье не так вьётся. Не знаю, сколько времени прошло, но я поменяла несколько платьев, переодеваясь при этом за занавеской, фонов и чертовски устала.
