Я даю ей время прийти в себя, прежде чем вывести из комнаты. Она снова краснеет, не привыкшая разгуливать по борделю раздетой. Её неопытность становится всё более очевидной.
Нас ждёт специальная комната. Она явно никогда не была в этой части заведения. Я останавливаюсь у двери с надписью «Музыкальная комната». Она выглядит растерянной от названия, должно быть, никогда не читала «Историю О». Я сильно тяну за ручку, и толстая звукоизолированная дверь открывается с свистящим звуком.
Я заходил сюда раньше, чтобы обустроить комнату по своему вкусу — гинекологический смотровой стол, модифицированный для серьезного бондажа, ждет под ярким светом. Мои цифровые камеры уже установлены: одна на потолочном креплении, направленная вниз на стол, по одной с каждой стороны стола для общих планов происходящего, и еще одна на штативе для крупного плана ее лица. Последняя камера на штативе, направленная между ножками опор нужна, чтобы записать игры с ее нежной маленькой пизденкой.
Теперь я раздеваюсь. Температура комфортная, и мне нравится быть голым, когда я истязаю девушку. Мой член уже довольно сильно возбужден, и я планирую излить несколько порций спермы в эту девушку, но только после того, как она будет должным образом наказана.
Она оглядывала комнату, рассматривая другое оборудование: скамью для порки, букву «Т», Х-образный крест и лошадь. Она явно ошеломлена и напугана странными и опасными приспособлениями. Кажется, что она сейчас развернется и попытается убежать, поэтому я говорю ей, что стол — единственное, что будет использовано для ее удержания. Затем, скорее для того, чтобы отвлечь ее, чем по какой-либо другой причине, я прошу ее сделать мне минет. Кажется, она приходит в себя, привычная процедура позволяет ей успокоиться. Я говорю ей сначала использовать только губы и язык, как можно легче и медленнее. Я сажусь в удобное мягкое кресло, и она послушно занимает свое место на полу между моими ногами. Я бросаю ей подушку, и она становится коленями на нее.
Её крошечный ротик очень умел, и я просто расслабляюсь и наслаждаюсь, наблюдая, как она демонстрирует множество приятных маленьких трюков. Я не удивлён, что она хорошая минетчица; многие девушки в этом борделе отлично развивают свои сексуальные навыки. Примерно через 20 минут она перешла к попыткам глубоко заглотить мой член. Мой член довольно толстый, и у неё возникают некоторые трудности с этим, она сильно пачкается и давится большим количеством слизи. Через несколько минут ей все-таки удаётся заглотить мой член полностью, и затем она начинает многократно повторять это, используя медленные движения во всю длину. Её растянутые губы движутся от головки до основания, а затем медленно возвращаются к головке. Хорошая техника, движения плавные и регулярные, иногда она даже делает паузу, когда мой член находится полностью в её горле, и лижет мои яички — приятный штрих. Вероятно, она могла бы довести меня до оргазма, делая это. Возможно, именно на это она и надеется.
Полностью возбужденный, теперь я готов к настоящему веселью. Я держу ее голову в самой глубокой точке проникновения и прошу ее посмотреть на меня. Затем я трахаю ее милое личико почти минуту, пока она не начинает паниковать от нехватки воздуха. Затем я медленно отрываю ее лицо от своего теперь очень твердого члена. Ее губы блестят на свету, и я наблюдаю, как струйки слизи и предсеменной жидкости, тянущиеся между головкой моего члена и ее губами, медленно изгибаются и опускаются на ее большие груди. Она демонстрирует притворно обиженно-надутое лицо, позволяя слюне и слизи вытекать и капать с ее губ. Я наслаждаюсь этим зрелищем минуту, а затем встаю. Я сжимаю свой член и нежно двигаю им, одновременно осматривая ее. Она играет послушную минетчицу и остается в этом положении, слегка выгибая спину, чтобы показать свою большую заляпанную грудь, сохраняя при этом надутые губки, которые делает ее еще больше похожей на маленькую девочку. Я наслаждаюсь этим зрелищем некоторое время, а затем говорю ей пойти умыться. Она встает, выглядя немного разочарованной, что не получила кремовой награды за те полчаса, которые она провела, работая ртом над моим членом. Одновременно очаровательная и наивная, она, вероятно, все еще думает, что ее главная цель здесь — довести меня до оргазма.
Она идет в ванную, а я пока включаю камеры. Все они готовы для непрерывной записи в течение 4 часов. Позже я смонтирую записи в фильмы на заказ. Это принесет довольно много денег, достаточно, чтобы покрыть расходы на поездку, плюс неплохую прибыль. Когда-нибудь я хотел бы превратить это из хобби в свой основной бизнес, но, возможно, это испортит удовольствие.
Когда она снова появилась, она была чистая и ухоженная. Я веду ее в место, залитое светом, и использую фотоаппарат, чтобы запечатлеть ее миниатюрное тело.
Сделав несколько хороших общих планов, я делаю крупные планы ее лица, груди, ягодиц и вагины. Мне нравится иметь фотографии «до» и «после», чтобы использовать их при рекламе своих видео.
Затем я говорю ей лечь на стол. Стол поднят так, чтобы расположить ее вагину на уровне моего члена.
Я помогаю ей устроиться на мягком столе, ее округлые ягодицы немного свисают с края. Мое возбуждение нарастает сильнее, мой член твердеет, и на кончике образуется большая капля предсеменной жидкости.
Я сохраняю спокойствие и стараюсь быть с ней нежным. Пока она не будет связана, она все еще может вырваться. Я укладываю ее на спину и поднимаю ноги на регулируемые металлические подставки для ног. Я фиксирую ее ноги за лодыжки, чуть ниже колена и на середине бедра, используя прочные прозрачные ремни. Я сдвигаю ее вниз так, чтобы ее ягодицы полностью свисали со стола, и она поддерживается только поясницей. Я фиксирую ее еще несколькими ремнями — одним ремнем выше таза, другим чуть ниже груди и еще одним чуть выше груди. Я обхожу ее голову и поднимаю ее руки, фиксируя их вытянутыми над головой и слегка в стороны. Затем я отступаю назад и наслаждаюсь видом. Она теперь сильно вытянута, ее большие стоячие груди едва заметно раскинулись в стороны, и большие соски на них резко выделяются. На ее грудной клетке видна некоторая напряженность от связывания, ребра немного выпирают, а живот впал ниже ребер демонстрируя аккуратный пупок. Ее ноги отлично смотрятся в чулках и этих туфлях. Я регулирую направляющие для ног, чтобы поднять ее ноги повыше и еще шире раздвинуть их, выставляя ее округлую маленькую попку для первой части наказания. Она снова дрожит, и выглядит как испуганная маленькая девочка. Что ж, ей следует бояться — скоро я заставлю ее плакать.
Я направляю камеру на ее вагину, затем придвигаю вспомогательный столик с разными игрушками-приспособлениями лежащими на подносе. Когда я поднимаю ткань, которая скрывала мои инструменты, она вытягивает шею, чтобы посмотреть, что лежит на подносе, но не может ничего разглядеть.
Первое, что я сделаю, это сбрею полоску волос на её лобке. Этот крошечный клочок волос не имеет значения и не будет мешать, но для меня это своего рода ритуал, и это отлично дополнит основное видео.
Взяв миску, я иду в ванную и наполняю её горячей водой. Я смачиваю полотенце, отжимаю его и накрываю ею её лобок, чтобы разогреть его для гладкого бритья. Не снимая полотенце, я смешиваю немного мыла для бритья, используя обычную кисточку и небольшую миску. Через минуту я снимаю полотенце и распределяю пену по её лобку, затем использую опасную бритву, чтобы аккуратно соскрести пену и лишние волосы. Я использую другое теплое влажное полотенце, чтобы удалить остатки, и промокаю её лобок насухо другим полотенцем. Ритуал бритья, кажется, успокаивает её, и она выглядит расслабленной. Глупая девчонка, ты в тугих оковах, твоя пизда обнажена в звукоизолированной комнате с настоящим садистом, недолго тебе еще оставаться расслабленной.
Даже с ее широко раздвинутыми ногами меня поражает, что ее влагалищная щель все еще скрывает внутренние губы. У нее действительно красивые толстые половые губы и, должно быть, узкое отверстие. Белые чулки и пояс для чулок образуют красивую рамку для ее обнаженной задницы и пизды. Почти все ее наказания будут происходить в этой рамке, ну кроме того, что я собираюсь обработать эти ее большие сисяндры с их толстыми сосками.
После последней проверки камер и фиксаторов я напоминаю девушке (даже не спросив ее имени), что она не должна разговаривать, пока ей причиняют боль. Что любые слова приведут к суровому наказанию. Плач и крики допустимы, но если она начнет говорить хоть какие-нибудь членораздельные слова, то вскоре очень пожалеет об этом.
Я рассказываю ей, что сейчас начну понемногу причинять ей боль, и начну с того, что буду бить её по ягодицам, внутренней стороне бёдер и лобку. Она выглядит очень испуганной, но явно пытается подготовиться к грядущей боли. Её глаза закрыты, она делает глубокие вдохи, а её маленькие ручки сжаты в кулачки. Она снова дрожит, и её соски напряглись от выброса адреналина.
Я выбираю палочку-лопатку для размешивания краски, большую, для использования с пятигаллонным ведром. Эта палочка отшлифована и покрыта лаком. Мне нравится использовать этот инструмент для первоначальных шлепков, он издаёт приятный громкий звук, его можно использовать очень сильно без риска порезать кожу, и через некоторое время избитая область станет ярко-красной. Разогрев, так сказать, перед по-настоящему сильными пытками.
Я люблю заставить налиться краснотой вагину девушки, создавая своего рода рамку для произведения искусства. Контраст между белыми чулками и избитой плотью будет выглядеть великолепно.
Я всё ещё очень возбуждён, капли предсеменной жидкости регулярно падают с кончика моего члена, но у меня хватает самообладания, чтобы сохранять спокойствие. Наказание этой прекрасной молодой девушки будет медленным и поэтапным. Каждый болезненный удар будет зафиксирован невозмутимыми глазами камер.
