— Огхм... Машшшка... — выдохнул я прижимая её к себе.
Несколько минут мне потребовалось, чтоб прийти в себя. Она так и лежала на мне. Дыхание постепенно успокаивалось. Я неспешно гладил её волосы и спину. Ещё через пару минут я услышал лишь мерное сопение. Почти сразу и я провалился в сон.
Проснулся я от яркого солнца, которое через окно светило прямо в лицо. Маши рядом не было, а из кухни доносился шум и её голос, напевающий какую-то мелодию. Одежды рядом никакой не нашлось, по этому я пошёл к ней голым. Как оказалось она так же не стала надевать на себя ничего. Пританцовывая, племянница готовила кофе и тосты с джемом. Я неслышно подошёл сзади и обнял такое изумительно красивое тело. Маша вздрогнула от неожиданности и засмеялась, прижимаясь спиной ко мне.
— С днём рождения, малышка, — тихо сказал я зарывшись лицом в не волосы.
— Спасибо тебе, мой любимый дядечка.
Тостер шумно выплюнул два поджаренных кусочка хлеба. Маша не спешила их забирать, нежась в моих объятиях.
— Так хочется, чтобы это было всегда. — в её голосе прозвучали грустные нотки.
— Но ты же знаешь, что это не будет так.
— Знаю, — она вздохнула и слезинка скатилась по щеке, — но я буду ловить каждый шанс остаться с тобой вот так наедине.
— Это будет не просто.
— Да плевать, мы ведь справимся? Правда?
В этот миг я очень хотел сказать "Да", но промолчал.
— Дядечка, ты, ведь, будешь меня любить и дальше?
— Я всегда буду тебя любить. — признался я.
— А большего мне и не надо, — с этими словами Маша развернулась и поцеловала мои губы.
Я прижимал к себе самое красивое нагое девичье тело, горячее и нежное. Мы целовались отдавая себя друг другу. Рядом с ней я всегда ощущал себя моложе, от поцелуев и прикосновений моя плоть воспряла с новой силой и упёрлась в её лобок. Я чувствовал, как она улыбается не разрывая поцелуй.
— Идём в душ, — она погладила ладошкой ствол.
— Я хочу тебя здесь, — я снова впился в её губы, подхватил руками за бёдра и усадил на столешницу.
— О да... — выдохнула Маша, направляя меня в своё лоно и обхватывая мои бёдра ногами.
Плавным движением я вошёл в неё на всю длину. Она захлопала ресницами и глубоко вдохнула. Похоть застилала мои глаза, какая-то звериная сущность проснулась во мне. Я впивался губами в бархатистую кожу, прикусывал торчащие острые соски и продолжал быстрыми движениями проникать в горячую истекающую вагину. Маша царапала мою спину и кричала не своим голосом от восторга.
В какой-то момент её тело забилось в конвульсиях, а по моим ногам обильно потекли её соки, но я не останавливался, всё быстрее и резче я входил до громкого шлепка наших тел. Желание заполнить её семенем было нестерпимым, но отчаянная мысль, что так нельзя вернула моё сознание. И я продолжал быстрые движения бёдрами. Маша резко прижалась ко мне, обхватив шею руками.
— Боже, Боже, Боже... опять... — в этот раз её конвульсии были сильнее и мне с трудом удалось удержать её тело.
Мышцы влагалища сжались так сильно, что член выпал и из неё ударила мощная струя в мой живот. Ноги метались в разные стороны, глаза закатились, а тело продолжало бесноваться. Я был уже на грани, и как только её сознание немного вернулось, я спустил Машу на пол.
Понимая без слов она опустилась на колени и обхватила губами пульсирующую багровую головку. Я замер лишь вздрагивая всем телом выплескивая порцию за порцией, которые Маша с удовольствием глотала.
Три дня мы предавались утехам и страсти. Уставали, засыпали в объятиях друг друга, просыпались и снова пылали жаром похоти. Утром в понедельник, приведя дом и себя в порядок я собирался на работу. Маша с самого утра старалась не смотреть мне в глаза. Она не хотела прощаться, но мы оба понимали, что это неизбежно. Мы оба знали цену нашей любви. Уже днём Олег с Ирой будут дома и наши встречи будут невозможны без подозрений. Прощальный поцелуй, мокрый и солёный.
— Маш, ну не плач, мы не так далеко друг от друга живём, — я попытался улыбнуться, но у самого ком в горле стоял.
— Я буду грустить и помнить этот уикенд, — ответила она, — надеюсь, что он повторится.
Я уехал, а Маша осталась ждать родителей. Мы заранее всё обсудили, что рассказать Олегу с Ирой. Так же решили держать в строжайшей тайне нашу связь. Но всё же грусть не покидала.
Дальше дни потянулись один за другим. Очередные авралы на работе, интимная переписка с племянницей дома. Я заметил, что меня полностью перестали интересовать другие женщины и я так же как и Маша ждал очередного шанса.
Конец декабря, самое мерзкое время, годовые отчёты, спешка с планами, холод. Ещё все такие счастливые в преддверии нового года. Олег с семейством улетают в Европу, а я как обычно буду праздновать один. Да и не буду я праздновать, лягу спать. С этими грустными мыслями я брёл по скрипучему снегу к машине.
— Брррр... Ну и холодрыга, — проворчал я усевшись на замёрзшее сиденье.
Запустил двигатель и, стуча зубами, ждал хоть немного тепла из печки. Телефонный звонок застал меня врасплох, я чуть не уронил гаджет, когда увидел, что на связи Олег.
— Привет, брат, как у вас дела? Я так понимаю, вы уже в аэропорту?
— Привет. Нет, ещё только едем в ту сторону. У меня к тебе просьба будет. Если тебе не сложно.
— Говори, ты же знаешь, я всегда рад помочь.
— Да, Машка, не знаю, что на неё нашло, не захотела никуда ехать. Сказала, что будет встречать новый год с подругами.
Я в душе уже ликовал.
— В общем, ты сможешь присмотреть за ней две недели?
Огромных усилий мне стоило не расхохотаться в трубку. Я сделал паузу, пытаясь успокоиться.
— Если ты занят, я пойму, — продолжил брат, — попрошу подругу Иры...
— Нет, что ты, у нас всё равно длинные каникулы, — выпалил я, — всё будет тип-топ.
— Спасибо, я знал, что на тебя можно положиться.
— Хорошо вам отпраздновать новый год, братишка, — сказал я сдерживая радость.
— И тебя с наступающим, — ответил Олег и прервал звонок.
Наконец я смог дать волю чувствам и расхохотался в автомобиле. Звякнул телефон. Сообщение от Маши. "Я тебя уже жду"
