В общем, презик сам надел и «дынистую» снова в позицию «стоя с глубоким прогибом» поставил. Взял ее за руки чуть выше локтей – также как Крис «каплевидную» – прогнул посильнее и сзади вошел. И теперь уже по-настоящему долблю, «дынистая» пищит с каждым толчком. А яйцелизка – как положено – яйца лижет. Но теперь труднее ей, яйца бегают туда-сюда, по ее мокрому лицу шлепают.
И получается, что мы с Крисом друг напротив друга девок жарим. Стоят, спинки выгнуты, руки назад вывернуты, сиськи качаются, трясутся, прыгают – загляденье. Мы даже ритм друг друга поймали, долбим их в унисон, тела сталкиваются с громким шлепком, девки повизгивают и стонут. Все-таки хорошо узкую киску трахать, особенно если кончил недавно. Отличная стимуляция: бархатные стеночки обжимают и плотно, и нежно, как бы из глубины члена приятные ощущения достают.
У «каплевидной» взгляд затуманенный, она то на «дынистую», то на меня смотрит. Ротик приоткрыт, нижняя губа дрожит, лицо искажено сладкой мукой, глаза покорные и умоляющие. Вдруг Крис ее за волосы схватил и назад дернул, девка выгнулась еще сильнее, голова запрокинулась к потолку. Сиськи теперь вперед торчат, во всей красе прыгают. Я волосы своей тоже на кулак намотал, выгнул ее крутой дугой – и сильнее трахаю, чтоб дыньки как следует взлетали. Даже сзади видно, как круги в воздухи описывают. Девка пищит, подвывает даже, «п…пожалуйста» лепечет, пытается с дыханием справится. Трепещет вся, ножками чуть-чуть перебирает, пальчики рук лихорадочно сжимает и выпрямляет – о пощаде умоляет. Я темп сбавил, волосы отпустил – но по попе шлепаю, чтоб не расслаблялась.
Смотрю – остальные девки заскучали, на полу сидят, после оргазмов их разморило, томно им. На нас глядят и клиторочки теребят, но без огонька уже.
– Так! Не лениться! – гаркаю. – Ну-ка все работаем! За безделье зачет не положен! Все сюда, прижимаемся! И нас с Крисом облизываем, целуем, посасываем! Но без слюней, просто язычками и губками работайте! Нежно, быстро и с огоньком!
Девки вскакивают и к нам бросаются. Вокруг мгновенно образуется живая шевелящаяся масса из горячих тел, упругие сиськи прижимаются ко мне тут и там. Проворные язычки заработали по ногам, бедрам, спине, бокам. Облепили меня со всех сторон, кто-то тянется к животу, кто-то к груди – лижут, посасывают кожу, щекочут. «Дынистая», бедная, еле стоит, от моей долбежки вся сотрясается, да еще пара девок о нее ручками оперлись, чтобы до моей груди с боков дотянуться.
Ощущения, скажу я вам – офигенные! Язычки щекотят слегка, губки присасывают – и так по всему телу! От этого кожа чувствительнее становится, и ощущение будто у меня не один член, а десяток – и каждый из них девка ублажает! И при этом я продолжаю «дынистую» трахать, а пара девок яйца губами ласкает.
«Дынистую» приспособил саму двигаться, попой подмахивать. Старается – особенно после пары особо мощных шлепков. Я сам за волосы то одну, то другую девку хватаю – и в засос с ними целуюсь. Целоваться не умеют – учить их еще и учить! Сиськи мну, по попам шлепаю, щипки отвешиваю, в киски пальцами залезаю. Полный фарш! Вокруг стоны, визги, охи, хлюпанье – развратный угар! Такого смачного кайфа много лет не испытывал – с тех пор как в семнадцатилетнем возрасте двух девок на тройничок уломал. Потом уже эффекта новизны не было, но сейчас прям какие-то свежие ощущения.
Вдруг звонок в дверь. Я девок от себя отдираю и иду открывать. Это пришла та, которую я за шампанским и закуской посылал. И с ней бой из магазина – две тяжелые сумки тащит, с дюжиной бутылок. Знаю его – Димой зовут – молодой совсем, двадцати еще нет. Приятный парнишка – всегда очень вежливый. Невысокий, худой, но крепкий.
Мой голый вид с качающимся блестящим членом смутил их обоих. Да еще обнаженные девки за мной толпятся, на четвереньках застыли – ждут команды. У парня глаза на лоб лезут, рот приоткрылся от изумления. Пришедшая девка от стыда горит, но сразу раздеваться стала, чтоб из коллектива не выделяться. А Дима сумки торопливо поставил и хотел было убегать. У меня мысль – почему бы парнишке не устроить небольшой сексуальный праздник? Заодно и девкам практика.
– Погодь! – говорю по-русски. – На чай наличных нет под рукой, но есть кой-чего другое.
– Нет-нет, сэр, спасибо, сэр, чаевых не нужно, сэр! – говорит лихорадочно, сам покраснел, но на девок во все глаза пялится.
– Присоединяйся, Димон. Магазин без тебя не умрет. У нас тут весело. Выбирай любую, какая понравится. Они послушные, всё сделают, что захочешь.
Он на меня смотрит, ушам поверить не может.
– Правда?… Не шутите?… – и глаза сразу загорелись.
– Да какие шутки! Давай, раздевайся и проходи.
И вот мы в гостиной со стаканами виски стоим – я, Крис и Дима – а девки перед нами чинно полукругом на коленях сидят. Пока я в прихожей был, Крис кончил – у нескольких девок капли спермы блестят на лице, сиськах, волосах. В глазах удивление и любопытство – что это за парень пришел? Член у него оказался немаленький, контрастирует с его комплекцией. Девки просекли уже, что меня с Крисом на всех не хватит, и теперь парнишке улыбаются заманчиво. Сиськи повыше выставляют, бедра посильнее раздвигают.
– Ты, Дима, что больше любишь – сиськи или попы? – спрашиваю по-английски уже, чтобы Криса уважить.
– Ой, я всё люблю! – отвечает. – Но попы наверное больше.
Приказываю девкам развернуться на коленях задом к нам, прогнуться, попы оттопырить и вертеть ими. Пришлось между девок пройтись, за волосы подергать и несколько шлепков дать – тем кто плохо выгибался или вертел недостаточно. Возвращаюсь на место – картина шикарная! Два десятка изящных выгнутых спин, виляющие попы и нежные ступни. И видно, как мышцы на спинках и ножках слегка играют – девки стараются изо всех сил.
– Ну, какую берешь, Димон? Вон та девственность только что потеряла, киска классная, тугая, горячая. У нее и попа хороша, и дыньки отличные. Вот эту Крис только что размял, всё тело от пота блестит, прям глянцевая, так и манит. Бери любую, все твои.
Он застыл с восторгом на лице, взгляд по попам мечется, глаза горят. Наконец, на негритянку указывает – попа у нее действительно знатная: выпуклая, круглая, и это при тонкой талии. Виляет ею очень хорошо: то из стороны в сторону вертит, то вертикальное движение добавляет и как бы круг описывает. Задница такая, что и в балахоне, видать, выпирала, вот и научилась. Коленки вместе сдвинула – от этого попа еще округлее кажется. Ступни белеют, ножки чуть подрагивают от напряжения – хороша девка!
Велю всем снова лицом к нам встать, а негритянке – на диванчик, на четвереньки. Дима к ней сзади подходит, попу руками гладит, пальцами упругость оценивает. Весь сияет, лицо удивленно-ликующее, будто миллион в лотерею выиграл. Эх, молодость, не так уж много надо для счастья!
Я ему презервативы даю, а еще одной девке приказываю шампанское по стаканчикам разлить и раздать девичьему контингенту. Крис тем временем в кресло плюхается и «дынистую» к себе на колени сажает. Трахать ее не может пока – член еще не встал после предыдущего раза. Зато ее дыньки с наслаждением мнет и взасос целуется. Она тает, льнет к нему и млеет. Посылаю туда свою яйцелизку – пусть под ними подлезет, лижет ему либо сосет, как получится.
А Дима уже негритянку жарит – но недолго, кончил через несколько секунд. Паренек молодец, не растерялся – презик снял, развернул ее, дал вылизать. Член у него снова наливается, новый презерватив надевает, ее обратно разворачивает и опять сзади трахает. Теперь уже побрутальнее – мощными толчками. По попе звучно шлепает, иногда к сиськам тянется и разминает.
Меня девки тоже обступили – облизывать пытаются, но я им шампанское велю пить. Алкоголь им расслабона добавит, а то некоторые скованно себя чувствуют. А сам – к негритянке, давно черных не трахал, заодно минету поучу. Диму спросил из вежливости, а он – «конечно, конечно, сэр!». Она на диване на четвереньках, Дима сзади ее фигачит, всё ее тело ходуном ходит, сиськи качаются. Беру ее за кучерявые волосы и в глаза смотрю.
– Нравится, как тебя трахают, маленькая шлюшка?
– О…очень… н…нравится, с…сэр!… – с трудом отвечает, на лице смесь страха, унижения, благоговения и блаженства.
– Почему тебе нравится? – спрашиваю, а сам твердым членом по лицу пошлепываю.
– Потому что… Потому что… – в глазах смятение, не знает, что сказать. – Я… это… всегда представляла… сэр… Чтобы м…меня белый господин… т…трахал…
Ага, думаю, вот уже и до тайных фантазий дошли. И подыгрываю ей:
– Значит ты, маленькая черная шлюшка, создана для белых членов, верно? Чтобы мы тебя в два члена драли? – а сам смазку на члене по ее лицу размазываю.
– О, да, да, сэр! Я маленькая ч…черная шлюшка!… – уже пылко говорит, а глаза распахиваются – будто прозрела.
Видать фантазии шлюшные были, но шлюшкой себя даже в мыслях не называла. А тут вдруг – бац и поняла! Шлюшка она! И видно, что это ее дико возбуждает, задышала чаще, глаза загорелись. И попой Диме энергично подмахивает. Он дает ей особенно сильный шлепок, она взвизгивает.
– Ну, громче! Не держи в себе! – рычу.
