И ей казалось, что африканец понимает ее мысли. Он расстегнул молнию на штанах и засунул в них ладонь, чтобы, наконец, наградить правом полюбоваться на свое прекрасное орудие секса светловолосую шлюшку. Шлюшку, которая от одного только вида готового ее оттрахать африканца теряет голову и стонет в голос, ускоряет темп, с которым ее пальчики гладят сочащиеся женским соком трусики, и все сильнее надавливает на твердую горошину клитора в яростной, нетерпеливой погоне за оргазмом. Африканец же продолжал издеваться над Алиной, очевидно, представляя, что испытывает белая красавица. Он специально смотрел изнывающей шлюшке в глаза и явно наслаждался тем, как похотливый туман застилает их. Алина пыталась удержать себя на грани удовольствия, чтобы кончить не раньше, чем ее таинственный партнер наконец-то позволит ей поласкать свой черный член хотя бы взглядом.
Алина никогда не испытывала подобного, а потому с огромным удовольствием шла на поводу у контролирующего весь процесс темнокожего красавца. Девушка растягивала удовольствие, понимая, что не может остановить движение своих пальцев. Ее тело изнывало, сгорая в вулкане страсти, а сжимаемая ладошкой небольшая грудь требовала ощутить на себе мощь огромных африканских рук. Алина пальчиками ласкала сосочки и чувствовала на искусанных в наслаждении губах вкус крови. Контроль над телом был окончательно потерян. Теперь оно полностью принадлежало стоящему в дверях мужчине, самоуверенный взор которого ласкал тело блондинки почти так же нежно, как руки ее темнокожих любовников. Девушка не могла поверить, что африканец овладел ей еще до того, как прикоснулся к ее телу.
И тем не менее, это было так. Красавица ощущала себя куклой, и ее оргазм был под контролем темнокожего мужчины, который умело растягивал удовольствие белой шлюшки, на краткий миг посмевшей подумать, что именно она сможет возбудить африканца сильнее. Наивная маленькая дрянь! Она бы наградила себя пощечиной за такие мысли, совершенно недостойные рабыни африканских членов, но обе ладони Алины сейчас были заняты тем, что пытались одновременно и ласкать собственное тело, и при этом контролировать оргазм. Который находился полностью во власти другого человека. И хоть этот контроль поддерживался лишь взглядом и непозволительно долгим, раздражающим блондинку нежеланием африканца показать ей свое прекрасное черное достоинство, Алина все равно не могла ничего с собой поделать.
Она отчаянно пыталась не кончить, но больше сдерживать себя не могла. Ее тело затряслось в немыслимых попытках сдержать рвущуюся наружу эйфорию, и Алина поняла, что оргазм все-таки захватил ее. Девушке было донельзя обидно, что она не продержалась до того момента, когда она сможет насладиться красотой африканского полового органа, и девушка застонала одновременно и от кайфа, и от досады. И в этот самый момент, когда блондинка уже прошла ту невидимую точку, после которой тело устремляется к желанному оргазму, член африканца появился из его брюк.
- О боже... – низ живота Алины взорвался эйфорией. Девушке показалось, что миллиарды, нет, триллионы фейерверков одновременно взорвались в ее голове. Зрение исчезло из-за невероятной эйфории, родившейся внутри истекающего лона блондинки, и стремительным океаном расплывшейся во все стороны по ее стройной белой фигурке. Крупная дрожь била тело замужней шлюхи, пока ее ладонь все еще зажимала взорвавшуюся потоком сладкой влаги пизденку. Алина заплакала, едва не упав на кровать грудью. В последний момент она оперлась на руку, ощущая, как по постельному белью расплывается целая лужа ее сексуальных выделений. Спазмы сотрясали стройное тело кончающей шлюхи целую минуту, пока она, не жалея голосовых связок, кричала, ревела и задыхалась от счастья.
Она даже не смогла как следует рассмотреть то, что так сильно жаждала увидеть. Окружающее пространство превратилось в расплывчатое пятно, и только когда оргазм начал сходить на нет, красавица смогла сморгнуть застилавшие глаза слезы удовольствия и вновь сфокусировать взор на достоинстве накачанного красавца. Сперва ей показалось, что она лишилась рассудка и вновь оказалась в своих фантазиях, в которых прекрасные африканские самцы накачивают спермой ее податливое тело, разрывая на части белые дырочки своими монструозными сексуальными орудиями. Однако смахнув пальчиками слезы с глаз и убедившись, что все, что она видит перед своими глазами, — правда — красавица не сдержала стона наслаждения, который едва ли был тише, чем ее истеричные оргазменные крики.
- Он прекрасен... – произнесла она, по-прежнему не в силах поверить в посланную вселенной награду.
«Наверное, я была отличной африканской шлюхой...», - подумала красавица гордо. – «И африканские боги наградили меня своим посланником...».
Член африканца был великолепен. Толстый, как и мечтала девушка в своих мечтах, очень длинный, с двумя крупными венами, которые пульсировали в такт появляющимся на огромной головке каплям прекума. Больше всего член напоминал достоинство Тайрелла – самого обожаемого из любовников Алины. Чуть меньше тридцати сантиметров в длину, в толщину около семи... Для белокожей самки, которая лучше многих знала, сколько удовольствия может подарить ей столь прекрасный детородный орган, уже сама возможность любоваться им была настоящим благом.
Она не отрывала взгляд от достоинства незнакомца, то ли стараясь навсегда запечатлеть его в своей голове, чтобы потом в подробностях воспроизводить в фантазиях, то ли боясь, что, если она хотя бы на миг отвернется от него, тот исчезнет, как если бы уже являлся плодом ее воображения. Шлюха готова была провести целую вечность, поглощая черный член своим взором, и могла поклясться, что ей было бы достаточно просто смотреть на него, чтобы испытать еще несколько оргазмов.
Но у мужчины были другие планы. Свою одежду он снял быстро и положил на пол, а затем, наконец, подошел к стоящей на кровати девушке. Ее неглиже задралось, обнажая идеально круглые белые ягодицы, разделенные тонкой полоской черных трусиков. Алина прогнулась в спине, все еще содрогаясь от остаточных спазмов мощного оргазма, которые простреливали тело и не давали красавице выровнять дыхание. Стоны раз за разом срывались с сексуальных губ, и шлюшка оперлась на руки и подобострастно выгнулась перед подошедшим к ней африканцем, с восторгом наблюдая за тем, как приближается к ее лицу сочащаяся прекумом эбеновая головка прекрасного члена.
Шлюха открыла ротик и высунула язычок, приглашая детородный орган незнакомца вторгнуться в горячее пространство ее глубокого горлышка. С большим трудом блондинка оторвала взор от черного достоинства и подняла небесно-голубые глаза вверх, посмотрев на огромного африканца с выражением полной покорности и повиновения. Пылающий возбуждением взгляд темнокожего красавца заставил красавицу смиренно моргнуть и распахнуть губки еще шире, роняя с их края длинную слюну. Ее ротик сочился влагой, пребывая в нетерпеливом ожидании, когда же самец вонзит в ее глотку огромное черное достоинство.
Девушка не понимала, насколько привлекательно смотрится ее стройное белое тело, скрытое лишь тонкой тканью ночного белья, изогнутое в раболепном поклоне перед эбеновым мужчиной. Как привлекает африканца взгляд ее голубых глаз, в которых кроется обещание дикого, первозданного наслаждения, так разительно контрастирующего с почти невинным овалом личика белой сучки, обрамленного светлыми короткими волосами. Алина выглядела как посланница небес.
- Jy lyk soos 'n fokken engel! (Ты выглядишь как ебучий ангел!) – произнес африканец, и в следующий миг его огромный член проник в горло красавицы. Это было резкое, грубое движение, и темнокожий самец совершенно не заботился о самочувствии белой шлюшки. Но Алина была готова на все, лишь бы почувствовать в себе член черного трахаря.
Мужчина подарил ей оргазм еще до того, как коснулся своей светловолосой сучки, и теперь Алина была готова подставить любую из своих дырочек для того, чтобы вернуть должок прекрасному незнакомцу. Она надеялась, что ее способным ротиком африканец не ограничится – киска девушки пульсировала в предвкушении, ожидая своей очереди быть использованной. И так же горела желанием анальная дырочка белой шалавы. От одного представления о том, как приятно этот огромный твердый член будет растягивать ее податливую попку, какую сладкую боль будет испытывать она от вторжения столь исполинского мужского достоинства в свой анус, замужняя шлюха начала истекать новым потоком сексуальных выделений.
Они струились из ее лона, которое красавица не имела возможности поласкать, потому что обеими руками упиралась в матрас. Сгорая от удовольствия, не в силах унять очередной пожар, разгорающийся внизу живота, шлюха вертела попкой, пока ее ротик покорно принимал в себя длинный сексуальный прибор африканца. Сантиметр за сантиметром член исчезал между пухлыми губками блондинки, и ей пока успешно удавалось подавлять рвотный рефлекс. Она необычайно гордилась своими навыками. Почти половина большого черного члена исчезла в ее рту прежде, чем она почувствовала первое желание стошнить. Горлышко обожгло раскаленным огнем, но африканец не собирался жалеть шлюху, которая столь покорно предоставила свой рот в его пользование. Член продолжал погружаться в ее горлышко дальше, растягивая глотку и доставляя мучительную, невероятную боль.
Орудие секса было столь толстым, что буквально раздирало внутренности красавицы изнутри. Слюней блондинки и смазки, сочащейся из огромной головки прямо в пищевод, не хватало замужней шлюхе для того, чтобы терпеть грубость трахаря. На покрытых утренним румянцем щеках девушки появились соленые полосы. При этом девушка не сводила послушный взгляд со своего черного любовника, позволяя тому выбирать темп и глубину, с которыми его монструозное сексуальное орудие скользило по высунутому язычку в тесное пространство горлышка.
Ей не удалось сдержать первый горловой спазм только когда член африканца исчез в глубине ее глотки почти на двадцать сантиметров. При этом Алина была почти в таком же восторге от своих способностей, в каком находился африканец, сношающий ее рот. Он громко стонал, совершенно не стесняясь собственного удовольствия, и восторженно наблюдал за тем, как его орган исчезает в широко распахнутом ротике, обрамленном розовыми пухлыми губками. С подбородка Алины стекали слюни, глаза покраснели, сквозь слезы девушке становилось все сложнее разглядеть своего мучителя, обожание к которому росло с каждым сантиметром проглоченного распутницей члена. Блондинка издала громкий гортанный звук, подавившись, и почувствовала, как ее горло сжалось вокруг достоинства африканца.
