/fanatasy edition - события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны"/
Часть 5
А сколько коровка даёт молока?
Постепенно Никита привык к странному распорядку дня, утро начиналось с того, что пара охранников, по быстрому, удовлетворяла свою похоть попользовавшись чьим то ртом, чтобы освободиться от накопившейся спермы. Затем их вели на завтрак, потом везли «смотреть кино», потом их отправляли на процедуры, Никите делали небольшую инъекцию, а затем ставили систему под которой он проводил довольно долгое время. День заканчивался ужином. Иногда поздно вечером, могли снова прийти охранники с желанием попользоваться обитателями палаты поосновательнее. Если их выбор падал на Никиту, то ему сперва фиксировали руки, а затем заводили за голову ноги и тоже закрепляли в специальных петлях. В итоге зад Никиты оказывался полностью открыт, а сам он лишен какого либо способа сопротивляться.
Впрочем в один из дней этот режим оказался нарушен, охрана проверила Никитин кляп и повели его в другое крыло, заведя в довольно большую комнату, в ней на небольшом, покрытым мягким по виду материалом, возвышении, на четвереньках, стояла женщина. Блестящие металлические браслеты на руках и ногах плотно прижимали ее конечности к поверхности. Широкий ошейник на шее фиксировал голову в специальном кронштейне из довольно толстых труб, позволяя ей лишь немного поворачивать голову. Часть лица и головы закрывала странная маска, но тем не менее было видно, что в носу у женщины вставлен довольно крупный пирсинг в виде кольца с небольшой, желтого цвета круглой биркой. Судя по плотно прилегающей к голове маске, женщина была обрита, по крайней мере волос на голове рассмотреть из-за маски не получалось. По бокам на голове торчали два белых выступа, на подобии рогов, а рот закрывал кляп, оборудованный чем-то вроде двух свистулек. Женщина, если не считать маски, была полностью обнажена, к соскам свисающих вниз грудей крепились продолговатые, поблескивающие сталью стаканы, которые чуть подпирали груди снизу, отчего те расширялись и становились похожими, по форме, на груши. Соединенные трубками молокоотсосы выходили в прозрачный бачёк, от которого трубка уходила в стоящий напротив женщины, негромко, с небольшим свистом гудящий шкаф. На шкафу, в такт гудению перемигивалось несколько индикаторов.
Тело женщины подрагивало, в маленьком прозрачном бачке бурлила белая, плотная жидкость. В такт подергиваниям женщина постанывала, но из свистулек вставленных в кляп вырывались только глухие, хриплые звуки похожие на мычание.
Женщина заметила подошедших людей и напряглась, стоны сперва стали тише. А затем, тело ее задрожжало, напряглось и она видимо закричала, потому что тело ее сильно задергалось и внезапно раздалось довольно громкое и протяжное мычание, создаваемое свистульками кляпа.
Подошедший доктор похлопал продолжающую мычать женщину по заднице, щелкнул чем-то в шкафу останавливая гудение машины. Наклонившись помял груди и снял одетые на женские соски стаканы молокоотсосов, освобождая неестественно вытянутые, похожие на маленькие мизинцы, темные соски женщины, с оставленными на нежной коже овалами от резинки насадки. Стоя рядом Никита увидел в сосках небольшой пирсинг. Док снова помял груди женщины, наблюдая как на сосках набухают и срываются вниз крупные белые капли.
- Пора тебя наградить, за хорошее молочко. Доктор потянул небольшой рычаг и сзади женщины поднялся агрегат похожий на футуристические вилы, на концы которых кто-то прикрутил солидного размера члены. Мужчина подвел этот агрегат к продолжающей дергаться и мычать женщине, чуть опустил его и не торопясь ввел один исскуственный член в вагину, второй он подвел к анальному отверстию и медленно подал его вперед так, чтобы он вошел внутрь напряженного, чуть выпирающего колечка.
Убедившись, что даже самые резкие движения не позволяют женщине избавиться от введенных в нее членов, мужчина нажал кнопку на шкафу управления и отошел в сторону любуясь происходящим.
Стержни тем временем, с легким шипением, синхронно подались вперед, видимо впрыскивая какую-то смазку, потому что по ляжкам женщины почти сразу потекли маслянистые, жирные капли. Затем стержни начали довольно резкое движение назад, от чего смазка потекла по ляжкам и промежности женщины уже небольшими струйками, начав капать на покрытие под ней. По очереди стали они погружаться, чуть задерживаясь перед тем как двинуться назад, тем не менее не выходя полностью из тела женщины. Их ребристая поверхность, то вминала блестящую от смазки кожу окружающую отверстия женщины внутрь, то тянула ее наружу. В такие моменты казалось, что терзаемые отверстия не хотят отпускать попавшие в их плен исскуственные члены.
Насилуемая машиной женщина громко стонала, в такт движущимся членам. От небольших, но ритмичных толчков ее полные груди пришли в движение и теперь колыхались то вперед, то назад, демонстрируя напряженно сжавшиеся ореолы вокруг неестественно длинных, темных сосков. Из них еще продолжало капать молоко, образуя на полу пару узких, белых лужиц.
Ритм машины тем временем незаметно менялся, один из членов двигаться чуть медленнее второго и в какой-то момент машина заполнила членами обе дырочки женщины одновременно и до предела. Тело ее уже поблескивающее от пота напряглось. Члены синхронно подались назад, выворачивая анус и половые губы наружу. Женские ягодицы чуть разошлись и выгнулись следом, открывая на секунду вид на крупный, налившийся кровью клитор, торчащий словно головка маленького члена. Затем члены синхронно снова погрузились в тело, вырывая из женщины протяжный и мучительный стон. Скорость движения членов стала постепенно нарастать, тело женщины задрожжало, в какой-то момент по напряженным ляжкам, животу и заднице побежали мелкие судороги. На несколько секунд женщина замерла, а затем заметно обмякла в своих оковах, громкое мычание, сменилось тихим постаныванием.
Машина остановила движение членов и отъехала назад, открывая вид на мокрую промежность в которой темно-бордовыми овалами зияли две не закрывающиеся дыры, края их дрожжали не в силах сомкнуться и в них, при желании, можно было рассмотреть розоватые, чуть подергивающиеся внутренности.
С боку появилась пара охранников, быстро освободив женщине руки и ноги, они перевернули безвольное тело на спину и оттащили его в сторону. Ноги женщины продели в мягкие кандалы, с прикрепленными к ним цепями. Зашумел механизм и женское тело внезапно легко подтянуло за ноги вверх. Какое-то время она висела вниз головой, позволяя рассматривать ее широкие бедра, выбритую промежность и выступающие вперед груди. Руки ее свисали вниз, открывая вид на гладкие подмышки. Из промежности, по животу и груди потекли капли смазки.
Механизм скрипнул и с негромким лязгом утащил покачивающееся, безвольное тело в нишу.
- Кого-то еще доить сегодня будете? Спросил доктор охранников, включая планшет.
- Нет док. На сегодня всё. Отозвался один из них.
- Отлино! Тогда твоя очередь, он кивнул Никите на крепления из которых только что освободили женщину. Тот с ужасом уставился на место которое только что занимала несчастная. Он замотал головой и что-то попытался возразить сквозь кляп, но охранники уже подбили его ноги, роняя на пол и через минуту слабых попыток сопротивления он стоял в коленно-локтевой позе, позорно выставив на обозрение свою округлившуюся задницу. Голову его охранники закрепили в ошейнике и отошли в сторону.
- А ты знал, продолжал между тем говорить доктор, нажимая кнопки на шкафу управления, что мужская и женская грудь по строению, по своей сути, одинаковы? Доктор снова заглянул в планшет, -лекарство для выработки пролактина тебе давали в хороших дозах, так что посмотрим как оно на тебя действует.
Чуть похлюпывающие молокоотсосы плотно прилегли на Никитины небольшие и аккуратные пока соски, сильно, до боли вакуум втянул их в себя. Непривычные к такому обращению соски отозвались сильным жжением и тянущей болью.
- Кстати, док повернулся к охранникам, -нет желания сэкономить на сексуальной обработке с новенькой тёлочкой?
Один из охранников, подошёл ближе, похлопал Никиту по заднице, чуть помял ее. Затем кивнул доктору и потянул с себя майку, обнажая плотный торс, заросший темным, плотным покровом волос.
- Вот и славно, доктор щелкнул переключателем и соски Никиты обожгло внезапной болью, аппарат сильно втянул соски внутрь, создавая впечатление болезненного натяжения и подергивания. На болезненные ощущения в сосках наложилось ощущение горячих ладоней на бедрах и чувство проникающего в задний проход члена. Никита замычал в кляп.
- Тёлочкам нравится когда их доят и трахают, заржали охранники, -а больше им заниматься не чем.
- На сука, крупный член без особого сопротивления вошел внутрь Никитиной задницы. В чем-то это ощущение оказалось привычным, после часов проведенных на симуляторе и в столовой. Никита захрипел, но ноющие соски и задница внезапно стали вызывать возбуждение, отозвавшись напряжением в члене, что не осталось незамеченным.
- Тёлочке нравится, и его сильно шлепнули по заднице.
Краем глаза Никита заметил как в прозрачном бачке центрифуги мелькнуло что-то белое, затем еще раз и еще раз.
- Это из меня? Молоко... но я ведь... как? Это настолько отвлекло Никиту от боли в сосках, что внезапно его простата сократилась. Короткий миг боли, и новый удар члена внутри его тела, вызвал резкие и сильные сокращения. Тело задрожжало, напряженный член задергался ударяясь о живот и выплевывая практически прозрачную жидкость из простаты.
- Ай как кончила, сучка. Боль в сосках вернулась, удары члена в простату вызывали тянущее и неприятное чувство. Оргазм отступал, возвращалась боль, превращая сношение в пытку. Охранник сзади с легким рычанием спустил сперму в его зад и отодвинулся. Молокоотсосы отключили и сняли с болезненно зудящих сосков. Ореолы как будто опухли и немного вытянулись вперед. На одном из сосков набухла белая капелька медленно побежавшая вниз по груди, оставляя мокрую дорожку.
