Переезд в загородный коттедж напоминал кадр из какого-то развратного роуд-муви. Алису усадили в середину просторного внедорожника, где она оказалась зажатой между брюнетом в рубашке, чье имя она так и не узнала, и тем самым рыжим парнем с дерзкой ухмылкой. Ее платье и трусики так и осталось лежать на полу VIP-комнаты «Эпикура», но девушку нисколько не заботило то, как она объяснит их отсутствие Артему по возвращению домой.
Теперь на ней было лишь пальто, накинутое на голые плечи, и чулки под ним. Пальто время от времени распахивалось, открывая взорам мужчин то упругую грудь, то голое бедро, и каждый раз это вызывало одобрительный хохот и шлепки по обнаженной коже замужней шлюхи.
Она сидела, откинув голову на спинку сиденья, и с наслаждением чувствовала, как крупная рука брюнета лежит у нее на бедре, а его большой палец медленно и властно водит по самой чувствительной внутренней поверхности. Рыжий в это время играл с ее грудью под пальто, сжимая ее, перекатывая сосок между пальцами, слегка покусывая.
Алиса тихо, прерывисто стонала, глядя в темное стекло, за которым мелькали огни ночного города, сменяющиеся затем темнотой загородного шоссе. Она чувствовала себя похищенной принцессой, ведомой в логово разврата, и это ощущение было пьянящим.
«Мой муж сейчас спит», — думала девушка, и на ее губах играла безумная улыбка. — «Он видит сны о нашей тихой жизни, а я еду неизвестно куда, чтобы меня трахала толпа незнакомцев. И он даже не догадывается, как мне нравится вкус чужой спермы». Мысль о наивности Артема заставляла Алису сжиматься внутри от нового приступа возбуждения.
Коттедж оказался огромным, с панорамными окнами, выходящими на темный лес. Внутри пахло сосной, дорогой мебелью и деньгами. В центре большой пристройки зиял голубой провал бассейна с подсветкой. Уже здесь, в прихожей, мужчины стали раздеваться - куртки, рубашки, брюки летели на дорогой паркет. Алиса сбросила с себя пальто и осталась стоять в центре этого хаоса, совершенно голая, если не считать чулок и туфель на высоких каблуках. Ее тело, освещенное мягким светом, казалось скульптурой — белое, с пышными формами, испещренное легкими красными следы от слишком страстных ласк.
— Ну что, красотка, — подошел к ней брюнет, уже полностью обнаженный, его мощное тело и внушительный член предстали во всей красе. — Начинаем экскурсию? Первая остановка — бассейн.
Он взял ее за руку и повел к воде. Остальные самцы с гиканьем и свистом последовали за ними. Кто-то уже открывал бар, звенели бокалы, кто-то включил мощную колонку, и пространство заполнили тяжелые басы.
Алису подвели к краю бассейна.
— Ныряй, — скомандовал брюнет.
Она послушно шагнула с края в теплую, парящую воду, и та приятно обняла уставшее, но все еще жаждущее разврата тело девушки. Жена Артема отплыла на середину бассейна и поплыла на спине, чувствуя, как ее тяжелые груди плавают на поверхности, как вода ласкает горячую кожу. Мужчины стояли по краю, наблюдая за ней, как за редкой диковинкой, попивая виски и куря сигареты.
— Иди к нам, русалка! — крикнул кто-то.
Алиса послушно подплыла к бортику, и сильные мужские руки вытащили ее из воды. Ее тут же прижали к холодной кафельной стене, и чей-то рот снова нашел ее сосок. Кто-то встал на колени перед девушкой и принялся вылизывать ее клитор, заставляя ее вскрикивать и выгибаться. Женские руки запутались в чужих волосах, Алиса смотрела на потолок и на свое отражение в огромном зеркале на стене — мокрую, дикую, окруженную голыми мужскими телами.
Ее подняли и усадили, а потом положили на край бара, прямо на столешницу из темного дерева. Кто-то раздвинул женские ноги и глубоко и резко вошел в текущую смазкой пизду. Другой поднес свой член к красивому лицу, и Алиса жадно взяла его в рот. Третий устроился сбоку и начал ласкать ее груди, сжимая их, проводя между ними своим членом.
Остальные мужики, не желая ждать своей очереди, так же столпились у головы Алисы и пихали свои возбужденные залупы в опухший от бесчисленных минетов губки. Те же, кому не удалось и этого, просто лупили счастливую девушку напряженными хуями по лицу, как будто требуя своей толики внимания шлюхи.
Алиса потеряла счет времени и членам. Ее трахали на полу у камина, на огромном кожаном диване, снова в бассейне, где девушка, задыхаясь, принимала члены под водой. Ей кончали на лицо, на грудь, в рот, и она с наслаждением слизывала сперму с губ и с своих собственных сосков, развратно извиваясь, будто представляя себя в свете софитов на порностудии.
Алиса пила с мужиками, даже не зная их имен, виски прямо из горлышка, курила сигареты, затягиваясь до головокружения, и ее смех звенел истерично и громко. Она была центром этого безумного карнавала, его королевой и его главной звездой.
И девушка была счастлива. По-настоящему, глубоко и по-животному счастлива, не смотря на то, что скулы и губы уже болели от количества отсосанных членов, а в животе немного неприятно крутило от невероятного объема проглоченной спермы.
Ночь в хороводе непрекращающегося разврата незаметно сменилась утром, и сквозь панорамные окна хлынул бледный, холодный свет зимнего рассвета. Воздух в коттедже был спертым, пропитанным запахом секса, алкоголя, табака и пота. На полу валялись пустые бутылки, окурки, скомканная одежда. Тела мужчин, уставшие и удовлетворенные, разбрелись по диванам и креслам. Некоторые уже спали.
Алиса сидела на корточках, опершись спиной о прохладную кожу дивана - колени бесстыдно раздвинуты, одна рука беспрестанно работала между собственных ног, пальцы скользили по разгоряченному, распухшему от многочасового использования клитору, входя и выходя из влажной, гостеприимной глубины ненасытной пизды.
Но этого было мало. Словно голодный зверь, прячущийся в женской утробе, требовал большего. Ей нужны были они - твердость их пенисов, их грубость, их покорное стоны от ее умелого ротика.
Женский взгляд, мутный от недосыпа и алкоголя, скользнул по дремлющим телам, и остановился на одном из блондинов. Его член, даже в полусне, лежал на бедре внушительным, не до конца уснувшим стержнем. Алиса подползла к нему на коленях, ее длинные волосы волочились по полу, будто подметая грязь. Она не стала будить мужчину словами - она просто наклонилась и взяла его хер в свой блядский рот.
Ощущение было знакомым и всегда новым - теплая, бархатистая кожа, упругая плоть, солоноватый вкус кожи и капля предэякулята, выступившая на прорези головки. Алиса обхватила член губами, втянула в себя, почувствовала, как он рефлекторно напрягся и увеличился. Блондин застонал во сне, его бедра непроизвольно подались навстречу жадной соске.
Этот звук, словно сигнал, поднял других. Как стервятники, почуявшие поживу, мужчины начали просыпаться, потягиваться, их взгляды тут же находили шлюху, снова готовую к служению. Самцы стали подтягиваться к похотливой сучке, образуя вокруг нее все более тесный круг. Вскоре ее окружили - не десять человек, как в клубе, а уже несколько больше — девушка и сама не знала точного их количества.
Алиса оказалась в самом центре этого живого круга на коленях, она видела только набухшие, готовые к действию члены на уровне своих глаз, слышала тяжелое, прерывистое дыхание, чувствовала на своей коже жар мужских тел.
Элегантные руки сами потянулись к напряженным пенисам. Правая обхватила толстый, с мощными венами член брюнета, левая — более изящный, но не менее твердый — рыжего. Ее пальцы сомкнулись вокруг них, начав ритмичные, отработанные движения снизу вверх, собирая смазку и размазывая ее по всей длине.
А рот девушки не отпускал хер блондина. Она работала головой, глубоко заглатывая его, чувствуя, как залупа бьется о ее нёбо, давилась, но не останавливалась. Слюна стекала у девушки по подбородку, смешиваясь с остатками прошлых порций спермы. Она отрывалась от члена лишь на секунду, чтобы перевести дух, и тут же ее губы находили другого мужчину, подошедшего сбоку. Алиса облизывала его головку, целиком забирая ее в рот, играя языком под уздечкой, заставляя мужика стонать и ругаться.
Один из мужчин, стоя прямо перед ней, взял свой член в руку и начал несильно шлепать им ее по щеке. Сначала это были легкие, почти нежные похлопывания, потом сильнее. Остальные последовали примеру, и хлопки по женскому лицу - уже липкому и грязному - раздавались в такт ее движениям на пенисе.
Девушка не отворачивалась, а наоборот, подставляла лицо, принимая эти унизительные, возбуждающие удары. Ее глаза блестели мокрым, покорным блеском.
— Вот такая ты, шлюха, — хрипел незнакомец, шлепая Алису хуем по лбу. — Любишь, когда тебя используют? Любишь, когда по морде получаешь?
Алиса в ответ лишь глубже засаживала себе в рот член блондина, давясь и закатывая глаза. Ее руки ускорили темп, дроча сразу двум мужчинам.
С другой стороны к шлюхе пристроился еще один трахаль. Он взял ее за голову обеими руками и начал водить своим членом по ее губам, пытаясь втиснуться в ее и без того занятый рот. Головка скользила по ее щеке, подбородку, тыкалась в нос, а Алиса ловила ее губами, облизывала, пытаясь угодить и ему.
Ее груди, тяжелые и чувствительные, тоже не оставались без внимания. Кто-то сзади сжал их, с силой сжимая упругую плоть, проводя сосками по своим ладоням. Другой подошел сбоку и начал тереться о них своим членом, смазывая их своей смазкой.
Девушка чувствовала, как головка его пениса скользит между ее грудями, как он сжимает их, пытаясь имитировать вагину. Ее соски, налитые и болезненные от бесконечных ласк, затвердели еще сильнее, и каждое прикосновение к ним отзывалось сладкой болью в самом низу живота.
Алиса была в самом эпицентре шторма: со всех сторон ее окружали мужские тела, их руки, их члены. Она была их общим инструментом, их игрушкой. И это было именно то, чего девушка хотела - полное самоуничтожение в пучине чужого удовольствия.
