Россия. Промышленный городок. 1995 год.
Ночь была, как всегда, в этих краях — тёмная, жирная, пропитанная запахом мокрого асфальта, псиной и перегаром из ближайших подъездов. Я тогда ещё верила, что можно выйти из дома на пару часов и вернуться целой. Что праздник — это просто праздник. Что день рождения — повод надеть чёрное платье с разрезом до середины бедра, накрутить волосы, намазаться тональным кремом, который трескается на щеках, и пойти выпить водки с теми, кто помнит, как раньше было хорошо, хотя по факту никогда и не было.
Муж сказал: Иди, отдохни. Я побуду с Ленкой. Ленка — наша дочка два года. Маленькая, хнычет, если свет погасят. Но спит крепко, особенно когда уставшая. Я думала — часа два, максимум три — и я дома. Успею даже поспать. Возвращаясь с дня рождения. Я шла по тротуару, высокие каблуки цокают, как будто кто-то считает мои шаги. В голове — лёгкое покачивание от трёх рюмок, не больше. Не пьяная. Бодрая. Живая. Платье обтягивает задницу, грудь чуть провисает, но в лифе держится. Макияж — чёрные стрелки, губы блестят, как будто их смазали маслом. Я чувствовала себя женщиной. Впервые за полгода. До дома — десять минут ходьбы. Через пару дворов, мимо автобусной остановки, где раньше торговали сигаретами Беломор, а теперь торчали пацаны с пивом и глазами, как у голодных крыс.