Из-за проклятых финансовых дыр, которые нужно было чем-то латать, я вот уже третий месяц подрабатывала по выходным в «Логове» — небольшом, но уютном баре. Мужик мой тоже пахал как проклятый, без выходных, так что дома мы почти не пересекались. В эту душную воскресную ночь народу было мало, и я лениво протирала стойку, когда зашли они — ватага моего сына и его однокурсников, отмечать чей-то день рождения. Моя же была идея — пусть гуляют тут, под присмотром. Среди них мелькали знакомые лица, вроде Вани, частого гостя в нашем доме, но большинство были незнакомыми пацанами. К полуночи основная толпа разошлась, остались только они, шумные и уже изрядно набравшие градус. Особенно Ваня. Его глаза стали мутными, а движения — размашистыми.
— Мммм... уборная... — его хриплый, пропитанный перегаром голос прозвучал прямо у меня за спиной. Он пошатывался, опираясь о барную стойку.
— Ох, туалет? Пойдем, я покажу, — я автоматически поддержала его под локоть, почувствовав под тонкой тканью его футболки напряженный, горячий бицепс. Его состояние вызывало опасения — лицо было бледным, с зеленоватым оттенком. Решив не вести его в общий, я повела его к туалету для персонала в дальнем углу за кухней.