Урфин Джюс понимал, что если он один будет трудиться над созданием деревянной армии, даже и немногочисленной, то работа затянется надолго.
В деревне появился медведь и заревел трубным голосом. Сбежались перепуганные жевуны.
– Наш повелитель – объявил Топотун, – приказал, чтобы к нему каждый день приходили по шесть мужчин заготовлять бревна в лесу. Они должны являться со своими топорами и пилами.
Жевуны горько поплакали… и согласились.
Через несколько недель, когда бревен было достаточно, Урфин Джюс принялся за работу. Он обтесывал туловища, делал заготовки для рук и ног. Он задумал на первое время ограничится пятидесятью солдатами, он считал, что этого вполне достаточно, чтобы захватить власть над Голубой страной. Во главе каждого десятка солдат станет капрал, а командовать всеми будет генерал – предводитель деревянной армии.
Солдатские туловища Урфин хотел делать из сосны, так как ее легче обрабатывать, но головы к ним столяр решил приделать дубовые на тот случай, если солдатам придется драться головами.
Для капралов Урфин заготовил красное дерево, а для генерала с большим трудом разыскал в лесу драгоценный палисандр. Сосновые солдаты с дубовыми головами будут почитать капралов из красного дерева, а эти, в свою очередь, станут благоговеть перед красивым палисандровым генералом.
Для начала он соорудил пробного солдата. У этого солдата он несколько замешкался и вдруг деревянная рука, разогнувшись, нанесла ему такой сильный удар, что он отлетел на пять шагов. Разозлившись, Урфин схватил топор и хотел было изрубить лежавшую на полу фигуру, но тут же опомнился.
- Себе работы наделаю, – подумал он. – Однако и силища же у него… С такими солдатами я буду непобедим!
Сделав второго солдата, Урфин Джюс задумался: много месяцев уйдет на создание его деревянной армии. А ему не терпелось отправиться в поход. И он решил обратить в подмастерьев двух первых солдат.
Обучить деревянных людей столярному ремеслу оказалось нелегко. Дело продвигалось так туго, что даже настойчивый Джюс терял терпение и осыпал своих деревянных учеников неистовой руганью:
– Ну и бестолочь! Что за дуболомы!..
И вот однажды на сердитый вопрос учителя: «Ну кто же ты после этого?» Ученик, гулко хлопнул себя по деревянной груди деревянным кулаком, ответил: «Я – дуболом!»
Урфин разразился громким хохотом.
– Ладно! Так и называйтесь дуболомами, это самое подходящее для вас имя.
Когда дуболомы научились немного столярничать, они стали помогать мастеру в работе, и наконец Урфину удалось отлучиться. Он дал подмастерьям пилы и приказал распилить десяток бревен на куски. Медведю же он приказал принести кого то для утоления сексуальных потребностей, а сам отправился на местное болото, уже вечерело и в это время там нельзя было встретить ни души.
В ночном небе сквозь редеющие облака проглядывали звёзды. Диск луны, словно подмигивая, выглядывал в просветы туч. Услышав шелест травы от приближающихся шагов Урфин, резко оттолкнувшись от земли, рывком поднялся на ноги, прошёл на другую сторону маленького островка и застыл в ожидании, глядя на приближающуюся тень крупного медведя.
Ступив на территорию островка, Топотун отпустил молодую девушку, Урфин её не знал. Освободившись от объятий медведя, девушка попыталась бежать, но Урфин схватил её и сказал:
- Посмотри вокруг, ты посреди болота, здесь некуда бежать.
Осмотревшись вокруг, девушка уже не могла сдерживать рвущиеся наружу слезы и громко зарыдала. Она догадывалась о том, зачем её сюда притащили, и все надежды на другой исход рухнули после того как Урфин с явной издевкой в голосе сказал:
- А почему ты не раздеваешься? Чем быстрее я кончу, тем быстрее ты вернешься домой.
От сковывающего страха и стыда, девушка, буквально по сантиметру, стала стягивать с себя ночную рубашку, в которую она была одета, ведь перед самим сном, она вышла на улицу пописать, но вернутся домой у неё уже не вышло.
Поскольку под рубашкой, кроме трусиков, ничего не было, Урфин увидел острые розовые сосочки на начинающей формироваться груди. Вот уже показались трусики с чуть заметной вертикальной складочкой между ножек. И сбросив рубашку, она попыталась прикрыть грудь ладонями, но Урфин запретил ей это делать. То ли луна так удачно светила, то ли ещё почему, но ему, несмотря на ночь, было видно всё до мельчайших подробностей.
Колом вставший член выпирал из трусов, и девушка это, конечно, прекрасно видела. Подойдя вплотную Урфин провел пальцем по той самой складочке, чуть вдавливая ткань трусиков внутрь. Затем ещё. Складочка стала заметнее.
Урфин торопливо стянул штаны и отбросил их в сторону, освобождая рвущийся в небо ствол, головка которого засветилась красным, блестящим от смазки факелом. Обхватив член ладонью он задвигал по нему взад вперед.
- Сними трусы и ласкай себя. Я хочу видеть, что тебе нравится.
Девчонка, послушно стянула трусики на бёдра. Она, наклонилась на прямых ногах, опуская трусики к коленям, и её безволосая киска во всей красе открылась глазам парня. Его кулак уже не ездил а летал по вздрагивающему стержню.
Девушка, опустившись на колени, развела ноги и упершись на руку, откинулась назад, показывая вход в свою сокровищницу.
- Не останавливайся. - дрожащим от возбуждения голосом сказал Урфин.
Тогда девушка направила руку между ног и, прижимая ладонь к клитору, заскользила пальцами вдоль своей "складочки".
Урфин продолжил ездить кулаком по члену, не сводя глаз с девушки, которая несмотря на страх, достаточно открыто ласкала пальцами свою киску. Постепенно её ладонь начала двигаться быстрее. Урфин, сам того не замечая, тоже увеличил темп. Дыхание девушки участилось. Правая рука быстро и безостановочно двигалась по чуть приоткрывшимся створкам пещерки,а низ живота толчками дёргался навстречу, прижимающейся к клитору ладони. К удивлению Урфина девушка оказалась очень темпераментной, и стоило ей возбудиться, как она уже перестала обращать внимание на своё положение, и закусив губу запрокинула назад голову и замерла, конвульсивно дёргая бёдрами.
- А-а-а-а-а... - Урфин не на долго отстал от девушки. Рванувшийся из его глубин фонтан, уже нельзя было остановить. Веер густых, белых капель рассыпался по траве и обнаженному телу девушки.
Она глядела на его опускающуюся игрушку, медленно водя пальчиком по киске.
- Ой. - Вдруг встрепенулась она и, прихватив одежду, попыталась прикрыть её маленький разрезик писи, призывно и влажно блестевший перед Урфином.
- Тебе понравилось так смотреть на меня и ласкать себя? - Девушка опустила голову и не говоря ни слова утвердительно кивнула. Даже при свете луны было видно насколько сильно порозовело её лицо от смущения.
- Хорошо, ласкать друг друга намного лучше. - сказал он и отобрал у девушки её скомканную рубаху, которой она пыталась прикрыть свою наготу, а затем он надавил ладонью девушке на плече, заставляя её лечь на спину.
- Дай к твоей киске подобраться поближе.
Крепкие руки решительно раздвинули её бёдра. Устроившись между ног девушки, Урфин пальцами одной руки начал играть с пуговкой её клитора, заставляя девушку иногда вздрагивать.
- А тут у нас что?
Его средний палец скользнул вдоль всей щелочки к анусу и назад, а затем аккуратно вошел в очень тесную дырочку её влагалища.
- О-о-о, как тут хорошо!
Его пальцы ласкали девушку в промежности. Большой палец руки продолжал скользить по чувствительному клитору, а средний палец ритмично двигался в глубине её влагалища. Девушка, кусая губы и сжимая кулачки, извивалась перед ним лежа на траве. Наконец он, как будто на что-то решившись, склонился и с силой провел языком по уже увлажнившейся щелке. Девушка дёрнулась. Впервые в живую коснувшись языком девичьей киски, он начал медленно, по кругу гладить её, разглядывая маленькую щелку. Потом языком нащупав вход во влагалище, как поршнем скользнул внутрь.
- А-а-у-а... - Девушка конвульсивно выгнулась, превратившись в некое подобие мостика, рухнула назад и, обхватив руками, прижала к себе голову Урфина. Его губы скользили по расщелине вверх и вниз, высасывая девичий сок. Понимая её состояние Урфин просто продолжал играть языком и губами с её киской, и для первого в своей жизни куннилингуса он не плохо справился, ведь уже совсем вскоре, девушка напряглась в безуспешной попытке сдержать наступающий оргазм, и проиграв борьбу, безвольно откинулась назад, чувствуя, как оргазм, сметая все преграды, вырывается наружу. Она с силой сдавила бёдрами голову Урфина, замерла на мгновение и мелкими, частыми движениями задёргалась и протяжно не то завыла, не то заскулила.
Урфин ощутил хлынувший на его язык поток сока из её хранилища. Девушка, задыхаясь, распласталась на траве, отходя от оргазма.
Но Урфин притащил сюда девушку, что бы самому сбросить напряжение, а пока что она побеждала его по количеству полученного удовольствия. Приподняв руками её за ягодицы, он стал потихоньку, проникать членом в её лоно. Там было невероятно тесно, и не без труда, он наконец проник на всю длину а затем стал двигаться в ней. Сначала она никак не отвечала ему, потом, её дыхание стало вновь учащаться и она начала двигать попкой навстречу скользящему в ней твёрдому, живому стволу.
Они равномерно и мощно раскачивались навстречу друг другу, а руки Урфина тискали её аппетитную миниатюрную задницу. Урфин почувствовал первые признаки начинающегося внутри ствола движения, но девушка вновь опередила его, кончив первой. Внезапно, безо всяких признаков приближения оргазма, она резко дёрнулась и, мелко дрожа всем телом, застыла. Короткие, всхлипывающие звуки срывались с её губ, словно она задыхалась, пальцы в очередной раз впились в растущую вокруг траву, вырывая её с корнем, а затем девушка вовсе соскользнула с члена, перевернулась на живот и осталась лежать лицом вниз, все еще испытывая дрожь в нижней части своего тела.
