Мы с Люсей учились на одном потоке и жили в одном общежитии. Помню, как на общажных дискотеках она скучала, стоя у стенки, а я приглашал её потанцевать - просто она была такая же высокая, как и я, и других подходящих по росту кавалеров не находилось. Ну не скучать же красивой высокой девушке! Я уже тогда обратил внимание, что под бесформенным балахоном Люсиного халата скрывается обалденная фигура. Да и по характеру она мне показалась весёлой, простой и неглупой.
Но завертелось у нас всё после похода на пикник. Настали погожие весенние деньки, солнце пригревало, и как только пришли выходные – соскучившееся по природе студенчество рвануло в лес.
В ближайший лес мы направились разношерстной компанией, собрались все желающие с потока. Люся с подружками тоже пошла. Мы развели костёр, пожарили мясо, немного выпили.
Потом все разбрелись кто куда. Помню, Люся зависла возле муравейника, а я подошёл к ней, подколол - мол, Гулливер общается с лилипутами. Люся засмеялась, ответила что не против пообщаться с другим Гулливером. Слово за слово, мы разговорились, неспешно прогуливаясь среди деревьев – и не заметили, как углубились в лес. Но нас это не смущало – лёгкий хмель нас сблизил, между нами возникла симпатия и мы даже рады были остаться наедине.
Мы неспешно гуляли и в какой-то момент вышли на опушку. Впереди было широкое зелёное поле, а вдалеке за ним виднелся город: одинаковые кубики многоэтажек, снующие между ними тараканы троллейбусов. Над всем этим простиралось наполненное весенней синевой небо, прозрачное и бездонное.
Мы остановились, впечатлённые видом. Я с восторгом смотрел на Люсю, какая она счастливая и красивая, и меня осенило – вот он, тот момент, когда её можно поцеловать. Так я и сделал…
Мы встретились губами, она ответила на поцелуй и всё вокруг поплыло. Приникнув к её сладким губам, я стал нежно гладить её тело. Потом я нащупал сквозь одежду её нежную молодую грудь и в полной мере насладился её упругостью. Целуясь, Люся тоже активно ласкала меня, поглаживая руками живот и спину, что придало мне уверенности и желания двинуться дальше. Вскоре я уже забрался к ней под юбку и стал через ткань трусов поглаживать лобок, постепенно опускаясь всё ниже и ниже. В ответ она тоже переместила руку мне на пах и стала поглаживать выпирающий бугорок.
Она распалялась всё сильнее, и это придало мне смелости… Я стянул вниз её трусики и запустил руку в святая святых… Как она зажглась! Пока я осваивался у неё между ног и несмело ласкал её мягкую жаркую плоть, Люся уверенно расстегнула мне пуговицу джинсов и ширинку, приспустила вниз штаны и выпустила на волю член…
Как только мой ствол вырвался наружу, она сжала его в кулачке и принялась дрочить. Я старался не отставать, вскоре моя рука вполне освоилась и вполне уверенно теребила её набухшие мокрые губы. Не отрываясь друг от друга в затянувшемся поцелуе, мы стояли не опушке леса со спущенными вниз трусами и дрочили друг друга…
У худосочной и хрупкой на вид Люси оказался крепкий стан – она вертела им, отчаянно подмахивая, помогая моим пальцам мять и плющить её жаркую плоть. При этом она уверенно и со знанием дела работала рукой, отзываясь на мои ласки движениями кулачка. Из неё адски текло, и мои пальцы легко погружались в щель, а её маленькая ручка крепко сжимала мой ствол, уверенно двигаясь по нему вперёд и назад.
Она буквально впилась в мои губы, когда член отрывисто запульсировал в её руке, выстреливая в траву густые белые капли. С нечленораздельными вскриками она завертелась на моей руке и вскоре её пронзил разряд мощного оргазма. Она стиснула ногами мою руку, её колени подогнулись – но я не дал ей упасть. Мы снова поцеловались, и Люсина рука продолжила благодарно ласкать мой поникший орган…
Признаюсь, я не придал особого значения, что в первый раз у нас не случилось классического секса. Мы стояли посреди поля, да и земля холодная – объяснял себе я. Ни разденешься, ни ляжешь - какой тут секс? Так уж получилось - чувства накатили, мы увлеклись любовными играми и сделали то, что сделали…
Я был уверен, что в следующий раз у нас будет всё по-взрослому. Как оказалось, я ошибался.
После того случая мы стали встречаться – я приходил к Люсе в комнату, засиживался у неё в гостях. Естественно, мы ждали с ней подходящего момента, чтобы снова уединиться. Наконец оставшись одни, мы сразу закрыли дверь на ключ и кинулись целоваться. Люся привычно завладела моим членом, я пробрался к ней между ног – я и не заметил, как всё повторилось. И в следующий раз, и в позаследующий – точно так же…
Я совсем не против петтинга, но хотелось бы заняться традиционным сексом. Примерно это я и сказал Люсе в следующий раз…
В ответ Люся наговорила много всякого, например - что она любит тактильные ощущения, ещё ей нравится держать в руке эрегированный член… Говорила, что это оригинально и её заводит. В чём-то она была права, впоследствии я хорошо изучил её – действительно, у Люси был суперчувствительный вход. Её киска любила, когда её ласкают по хозяйски грубовато, но любя. А вот глубокие ласки ничего не зажигали, как я ни старался.
А однажды она закатила мне истерику – помню, восстановившись после первого раза я попытался проникнуть в её дырочку традиционным способом.
- Ты что, не понимаешь? Хочешь чтобы я забеременела? – возмущённо шипела она.
- А в чём проблема-то? – не понял я.
Она сжала рукой мой член, и из уретры показалась маленькая мутная капелька.
- Вот в чём! У тебя внутри осталась сперма. Одной этой капли достаточно! И всё – привет, бэйби! Пелёнки, распашонки - и ярмо на всю жизнь…
- Я всё понял… Извини!
- Алёша, я тебя прошу – никогда так не делай!
Презервативы она на дух не переносила, да и я, признаться, тоже считал их использование бессмысленным – если лишать себя ощущений, так лучше уж вообще не трахаться.
Естественно, я кое-как уговорил её попробовать классический секс – со всеми мерами предосторожности. Я надеялся, что ей понравится… Фигушки, она вообще не участвовала в процессе! Это было похоже на секс с резиновой куклой, которая к тому же боится залететь и поэтому находится в дичайшем стрессе.
Но несмотря на это, я периодически возвращался к этой теме. Как-то я сказал ей, что чувствую себя неуютно, что мне не хватает ощущения обладания, которое даёт обычный секс.
- По-твоему в сексе главное что, всунуть?
- А какой секс без этого? Это уже не секс!
- Секс – это всё, от чего ты получаешь удовольствие. И в сексе главное, чтобы твоему партнеру было хорошо, чтобы он кончил. Тут дело такое, всовывай хоть развсовывайся – всё зря, если твоему партнёру это не в кайф.
- И что же нам делать?
- А что, у нас какая-то проблема? Тебе ведь хорошо со мной?
- Конечно!
- И мне с тобой хорошо! А как известно, от добра добра не ищут!
Я был озадачен, но логика убеждала меня в Люсиной правоте. Поэтому всё у нас осталось по-прежнему. Стоило моей руке оказаться у Люси между ног, её киска сразу начинала послушно сочиться влагой. И трогать ее было приятно, потому что у Люсиной киски были упругие длинные губки и крупный пружинистый клитор, а сама пещерка – тесной и жаркой.
Вообще, главным креативщиком в нашей паре была Люся. Помню, как-то Люся предложила поменяться – не дрочить друг друга, а дрочить каждый сам себя друг перед другом. Заметив, что я смущаюсь дрочить перед ней, она удивилась.
- Что такое? Ты стесняешься дрочить?
- Ну да… Как-то это неправильно… У парней это считается зашкваром… Говорят что твоя подружка - Дуня Кулакова.
- Ха-ха-ха! Ну рассмешил!
- А что такого? Разве это правильно, когда у тебя всякие похабные мысли? Разве нормально мечтать о чьём-то теле, представлять как ты им обладаешь? И при этом раззадоривать себя кулачком…
- Вот-вот, нам с детства внушают что дрочить стыдно, называют это рукоблудием… А потом удивляются, откуда у нас маньяки берутся, откуда насильники? Так отсюда и берутся!
- Не понимаю, при чём тут насильники и маньяки?
- А что тут непонятного? Детина подрастает, гормоны бурлят… Из телевизора подмигивают соблазнительные девчонки, говорят – возьми меня! Детине хочется секса – а где его взять? Подрочить? Нет, нужно душить в себе это желание, это же зашквар! Не дай бог кто узнает – засмеют! В итоге - пар не выпускается, и желание становится навязчивой идеей. Кукуха едет… Вот и идёт он насиловать, или ещё того хуже – насиловать и убивать.
- То есть, ты хочешь сказать, дрочить – хорошо?
- Дрочить нужно, если есть потребность! В любом случае, стесняться этого нельзя! Ведь мастурбация – это предохранительный клапан, спасающий организм от накопившегося сексуального желания. Она не даёт нам сгореть в одиночестве.
- Понятно. Ладно, всё, убедила!
- Нет, не всё! Признайся, ты дрочишь? В детстве дрочил?
- Хм… Ну, нет конечно…
- Врёшь!
- Ну нет же!
- Ай, всё ясно – ты мне никогда не признаешься! Короче, молодец если дрочишь. Если нет – не стесняйся, дрочи! В конечном итоге прав окажется тот, кто избавился от глупых предрассудков.
Ещё мне нравилось, как после секса пахнут мои руки – её любовным соком, самой её сутью. Приходилось мыть руки, чтобы не спалиться перед пацанами. Этот запах не давал мне покоя, и если я вдруг улавливал даже слабые его отголоски – у меня сразу вставал. Я понял, чего я хочу – и однажды признался Люсе, что хочу полизать её киску. Она не была в восторге, но всё-таки позволила мне залезть языком к ней между ног.
