– Доброе утро. – С кроткой улыбкой сказала Карина, спускаясь по лестнице.
– Ой, здравствуй Кариночка. Никак на работу? – Тётя Люба широко улыбнулась, уперев руки в бока. Пустое ведро она поставила у двери.
– Нет, мне в поликлинику надо.
– Заболела?
– Нет, просто медкомиссия. Я тут устроилась на одно предприятие. – Соврала девушка, уже спустившись на полэтажа ниже.
– А… ну, хорошо это.
– Так, и есть. – Её улыбка, возможно, выглядела натянутой, и вымученной но благо, соседка её уже не видела. Она зашла в квартиру, из которой вот уже как лет тридцать всё не мог выветрится запах кошачьего лотка, хотя кошек соседи никогда не держали.
От морозного воздуха, у Карины перехватило дыхание - частая история для зимы. Белые лампы фонарей освещали гладко укатанную дорогу вдоль подъездов а снег оглушительно скрипел под подошвами её сапог. Голубой зимний пуховик, тут же начал трещать как пакет из любой известной сети магазинов. Мимо проезжали знакомые машины - все торопились попасть на работу так, чтобы не встрять в пробку около моста - объезд был слишком уж долгим.
Снег под ногами переливался всевозможными холодными оттенками фотовспышек.
Так, ёжась, и постоянно застёгивая разбегающуюся молнию на куртке, Карина добрела до городской поликлиники, где всегда было людно, особенно по утрам, и встретить тут можно было кого угодно - от первоклашек, до похожих на шаурму пенсионерок - уж больно они любили натягивать на себя какое-то безумное количество слоёв одежды. Она осторожно прошла по заплёванному крыльцу к двери. В воздухе пахло морозом, и сигаретами.
Сдав куртку в гардероб, Карина получила свой номерок, и медицинскую карту внушительной толщины в регистратуре, и поднялась на второй этаж, цокая каблуками по бетонному полу, в котором изредка встречалась серо-белая плитка, которая была намного старше её самой. Да, и сама поликлиника выглядела как ископаемое - облупившаяся краска на стенах, сыплющаяся с потолка штукатурка, мерцающие флюоресцентные лампы… будто ничего с девяностых, и не поменялось.
Перед нужным ей кабинетом было пусто, и хоть до времени приёма было ещё минут пятнадцать, Карина нерешительно постучала в дверь.
– Войдите! – Раздалось оттуда. Она послушно зашла. – О, какие люди!
– Здравствуйте. – Врач был её старым другом её матери, и хоть ей было немного стыдно за то, что она всё никак не могла запомнить его фамилию, Карина ответила взаимностью его тёплым объятиям. – Я только раньше зашла.
– Да ничего страшного. – Пётр Анатольевич вернулся за свой стул, поправив внушительные седые усы. – Ну что, ты к нам по делу или просто так?
– Соскучилась, решила заглянуть. – Карина протянула ему свою медкарту, присев на стул рядом.
– И как ты? Как жизнь семейная? – Врач поставил локти на стол, упёрся подбородком в кулаки, и посмотрел на девушку над очками.
– Да… всё хорошо, вроде. Не жалуюсь. – Чуть покраснела она.
– Планируем, да?
– Угу.
– Ты же знаешь… – протянул он, разведя руками, откинулся на спинку. – После твоих “процедур”, шансы ничтожны. Я даже не буду пытаться врать. Ты когда была на обследовании последний раз?
– Давно… с тех пор, как всё перестало беспокоить. – Карина сложила руки на коленях.
– Плохо. Что же мы так… половую жизнь ведём а врача - не навещаем?
– Не навещаем. – Ответила она, со вздохом.
– Карина, в твоём положении, следовало бы приходить сюда минимум раз в полгода… ну да ладно, что я сразу на тебя набросился. У тебя жалобы какие-то есть? – Мужчина мягко улыбнулся, и напряжение накопившееся в кабинете будто бы сразу сошло на нет.
– Да нет, всё в порядке. Жаловаться не на что.
– Так, и запишем. Ну что, проходи за ширму, раздевайся ниже пояса, устраивайся поудобнее. – Он начал заполнять какие-то бланки а Карина нерешительно прошла за ширму. Сняла обувь, стянула носки, следом джинсы с трусами. Всё аккуратно разложила на стоящем рядом стуле.
Чувствуя, как горят щёки, взобралась на кресло, разложив ноги на специальных подставках, затихла. Рядом, стоял старый знакомый - аппарат для УЗИ. Карина покосилась на него с неодобрением, и даже будто хотела что-то сказать но её ход мыслей прервал щелчок замка на двери. У входа погас свет, осталась только лампа за ширмой. Пётр Анатольевич появился откуда-то сзади, натягивая на лицо медицинскую маску.
– Ну, как процедура проходит - знаешь, попрошу тебя не дёргаться, потерпеть.
Карина кивнула, глядя как мужчина открывает презерватив, и натягивает его на продолговатое устройство, и громко выдохнула, когда он нанёс ей специальную смазку. Подмигнув, и по-отечески похлопав её по колену, он начал медленно вводить устройство.
Она вышла из поликлиники в смешанных чувствах. Да, она не узнала ничего нового - очень маленькая матка но в пределах допустимого но очень маленькая, что внушает некоторые опасения, и беременность должна протекать под строгим надзором. Отсюда - частые посещения, горы таблеток, и витаминов… что-то было во взгляде врача, что-то такое, что она не смогла уловить. Какое-то смутное беспокойство, неуверенность. Что-то такое, о чём он предпочёл не говорить ей сейчас. Ничего, кроме “Пока не торопитесь с зачатием, и обязательно сдайте все эти анализы на следующей неделе”, сопроводив фразу заполненным бланком.
В ближайшем к поликлинике ларьке, Карина купила пачку сигарет, и самую дешёвую зажигалку. Дрожащими пальцами вскрыв пачку, она вытащила сигарету, попутно уронив ещё несколько на грязный снег под ногами, чиркала зажигалкой, жадно вдыхая дым, смешанный с газом. Мир вокруг стал становиться темнее. Невидящим взглядом, она нащупала скамейку, и тяжело опустилась на промёрзшую древесину. Занявшийся было рассвет потускнел, будто мир накрыла огромная, серая половая тряпка. Она прикрыла глаза. Дым всё ещё бродил где-то по её дыхательным путям. Ощупывала рукой какой-то незнакомый предмет. Или… знакомый?
Она сжимала в руках свой старый MP3-плеер а провод дешёвых наушников сам струился вверх, к её шее, по-змеиному изгибаясь.
Переключив трек, она опустила голову на спинку сиденья, и закрыла глаза. Заиграла “Lacuna Coil - Swamped”. Карина притопывала ногой по полу, всем телом впитывая в себя лучи летнего солнца. Дорога была не самой плохой но иногда автобус вибрировал, и мотался по дороге так сильно, что ей приходилось открывать глаза, и смотреть куда-то прямо, в бессмысленной борьбе с укачиванием. Борьба была безвозвратно проиграна, когда на следующей остановке ей стошнило в какие-то кусты. Кажется, никто из окружающих этого, и не заметил, только незнакомые девчонки как-то странно смотрели на её покрасневшее лицо, и слезящиеся глаза.
– Ты как, нормально? – Спросила девочка с длинными, почти белыми волосами. На ней был короткий, кораллового цвета топик с какой-то надписью, короткие белые шорты а руки чуть ли не до локтей были скрыты под разного рода фенечками, и браслетами.
– Да… – Карина вытерла губы тыльной стороной ладони, и сделала несколько глотков из предложенной бутылки воды. Эту девчонку она не знала но видела несколько раз на переменах, кажется, она была младше её на пару лет, училась классе в седьмом. – Спасибо.
– Да не проблема. – Подмигнула она, – сейчас уже поедем, залазь.
С явной неохотой, Карина поднялась по неудобным ступенькам автобуса в салон, и заняла своё место у окна. Девчонка плюхнулась рядом.
– Я, Соня, кстати,. Сколько едем рядом, так, и не познакомились. – Она ткнула в наушники Карины.
– Карина. – Сказала она, доставая плеер, обматывая наушники вокруг него, убирая всю эту кучу проводов в рюкзак.
– Я, кажется, тебя видела в школе.
– Ага, я тебя тоже, пару раз. Только у тебя не было этих вот… – Карина неуверенно указала пальцем на руки Сони.
– Да, это мне надарили подружки. Будто на всю жизнь уезжаю! – Рассмеялась она. – Теперь приходится всю эту тяжесть таскать на себе.
Оставшаяся дорога прошла довольно спокойно. После утомительной поездки на поезде, Карина то, и дело начинала клевать носом а слова её попутчицы пролетали мимо ушей. После опустошения желудка стало действительно легче но напала какая-то странная сонливость а до сна - было ещё порядочно времени.
Из автобуса все высыпали с гораздо большей охотой, чем забирались в него. Всех детей вожатые выстроили перед невысоким двухэтажным зданием, формируя группы для расселения. Обычные, так называемые “палаты” были четырёхместными но в некоторых комнатах было, и до шести мест. Разделение производилось только по половому признаку, девочки - слева, мальчики - справа.
Стоя в неорганизованной толпе, ожидая, когда прозвучит её фамилия, Карина оглядывала присутствующих - от первоклашек, до почти выпускников старшей школы. Хоть она, и сама почти попадала в наиболее старшую группу, мама настаивала на том, что её дочь будет учиться до одиннадцатого класса, и поступать в университет. Дочь, разумеется,, никто об этом не спрашивал, и тем не менее, выходило так, что в число выпускников она никак не входила.
Она с некоторым беспокойством оглядывала ребят вокруг, и некоторые казались ей прям совсем взрослыми. Или это она всем своим видом, так плохо соответствовала текущему возрасту, что просто чувствовала себя младше. Где-то на этом моменте её мысль оборвалась, потому что откуда-то спереди прозвучала её фамилия. Также, были названы ещё две, совершенно незнакомых ей фамилии, и троица принялась пробираться ко входу в здание.
