- Да мы тебе не мешаем, выходи, красавица!
- Не могу, я не одета!
- А то мы что – голых шлюх не видели, что ли? - засмеялся мужчина
Мужчины продолжали стоять на том же месте. Удивительно, но эта ситуация подействовала на нее возбуждающе. Инга почувствовала сладкое томление в промежности, соски начали набухать. «Меня так возбуждает находиться голой перед этими мужчинами, неужели я и в самом деле становлюсь шлюхой», - думала девушка, прикрываясь руками и стараясь чтобы ее возбуждение не было заметно. Между тем, солнце быстро опускалось за горизонт, наступали сумерки. Зная, что в этих широтах темнеет очень быстро и не желая оставаться голой в бассейне в темноте, куда к ней вполне могли бы залезть и эти мужчины, не скрывавшие своих намерений, девушка наконец решилась, выскочила из бассейна … и остановилась как вкопанная, не обнаружив своего полотенца.
- Где мое полотенце? – закричала она дрожащим голосом
- Не волнуйся, красавица, мы его отдали в стирку, оно слишком грязное, - отвечал один из мужчин, в то время как оба приблизились к ней и облапали с двух сторон.
- Да, на нем было слишком много спермы, вытекшей из твоей пизды, красавица, - сказал другой мужчина. – Признайся, тебе нравится, как тебя ебет наш капитан? Может, тебе хочется еще? Мы можем помочь!
Говоря это, мужчина запустил руку в ее промежность и уже вовсю орудовал пальцем в ее вагине, а второй тем временем тискал ее грудь.
- Смотри, она уже потекла, горячая шлюшка!
- Смотрите, капитан идет! – в отчаянии закричала девушка, и пользуясь тем, что мужчины ослабили хватку, озираясь по сторонам, вырвалась и, в чем мать родила, дунула в свою каюту.
Это маленькое происшествие вызвало у нее прилив возбуждения, настолько сильного, что вечером ей опять хотелось мастурбировать. Но сразу после происшествия у бассейна пришел Антон и надел на нее «пояс верности». Девушка опять с трудом дождалась утреннего секса со своим господином.
Следующие два дня плавания прошли без приключений. Антон пытался объяснить Инге, что единственный возможный вариант ее пребывания на острове – добровольно стать жрицей Исиды. Но девушка с недоверием относилась к этой идее. «Разве я не могу просто оставаться твоей любовницей», - спрашивала она, невинно улыбаясь. Чтобы положить конец таким надеждам и разговорам, Антон решил устроить небольшое представление.
Незадолго до прибытия на остров, когда последний уже показался на горизонте, Антон выдал девушке ее одежду, в которой она была на Мальдивах. Но боже мой, что это была за одежда! Во-первых, он не дал ей никакого белья. Во-вторых, и майка, и юбка были настолько укорочены, что ничего не закрывали. Девушка была в шоке.
- Ты пойдешь на берег либо в этой одежде, либо совсем без нее, другого варианта нет. Видишь ли, жрицам Исиды совсем не полагается никакая одежда, а женщинам, которые только готовятся ими стать, так называемым невестам Осириса полагается только такая одежда, которую ты получила. Которая не должна закрывать ни вагину, ни грудь, оставляя их открытыми. Короче, одевай и побыстрее, мы скоро причалим!
Инга нехотя оделась, и Антон тут же вывел ее на палубу, где на нее уставилась вся команда, пожирая глазами. А на берегу она увидела целую толпу, собравшуюся на пирсе. Ее ноги вдруг подкосились, а низ живота охватили сладостные спазмы, из киски по внутренней стороне бедра потекла липкая струйка. Девушка была в ужасе от того, что так завелась. Что же будет там, на берегу? А вдруг я кончу на глазах у этой толпы?
Она повернулась к Антону и заявила: - Я не могу в таком виде сходить на берег, это совершенно невозможно! Я останусь здесь в каюте, а потом выйду, когда все разойдутся!
Видя, что ее истерику не остановить, Антон достал наручники и быстро застегнул ей руки за спиной, прежде чем она успела что-то сообразить. Затем надел ей на шею ошейник с цепочкой. Поскольку девушка стала хныкать, он попросту отвесил ей пощечину, заставив замолчать.
Эффект был ошеломляющим. Она теперь не могла использовать руки, чтобы хоть как-то прикрыться. Ее груди с твердыми сосками были выставлены вперед. Взгляды окружающих были прикованы к ним так же как и к ее лобку, нагло торчащему из-под слишком короткой юбки и поблескивающему на солнце ее выделениями.
И в таком виде он вывел ее на берег. Красная от стыда, на спотыкающихся ногах Инга прошествовала с яхты на пирс, на глазах у мужской публики, которая вся высыпала встречать прибывший корабль. Антону приходилось буквально тащить ее, так как ноги у нее подкашивались. Сердце колотилось как после быстрого бега, низ живота щемило.
Внезапно дорогу им загородил крепкий мужчина.
- Мое почтение, правитель! Объясните пожалуйста статус этой дамы! Если она туристка, то мы все имеем право ее поиметь! Таковы законы Острова! Вы же сами их приняли!
- Успокойтесь, ребята, она не туристка, она невеста Осириса!
- А где знак? Знака нет, значит, она туристка! Отдайте ее нам, мы немного с ней позабавимся, а потом вернем Осирису!
Пока шел этот спор, множество рук стали нагло ощупывать тело девушки, одна рука стала массировать ее клитор, другая забралась в вагину. Инга и без этого находилась в сильном возбуждении. Вынужденное обнажение на публике, унижение, которому она подверглась – все это лишь усиливало ее предоргазменное состояние. Но когда наглые руки начали тискать и ласкать ее клитор и вагину – это была последняя капля, переполнившая чашу. Девушку затрясло в конвульсиях, она не смогла сдержать стон наслаждения и упала на колени. Она не помнила, как Антон вытащил ее из толпы и привел в бунгало.
Шикарная гостиница, которая была построена на Острове, в основном состояла из небольших бунгало, рассчитанных на одного-двоих человек. У каждой жрицы Исиды на Острове было свое бунгало. Помимо ослепительно красивых жриц, одно бунгало занимала немолодая негритянка, одетая в обычную одежду, которую все называли «ханум».
Она заведовала обеспечением девушек всем необходимым и наблюдала за ними, за их внутренним состоянием и поведением. Именно она была первой, кто занялся воспитанием вновь прибывшей и ее подготовкой к посвящению в жрицы. Затем Инга познакомилась и с самими жрицами.
Она с удивлением разглядывала девушек, разгуливавших голыми, в одном лишь «поясе верности». Помимо него, другими элементами их «одежды» были босоножки на каблуках, браслеты на руках и ногах, крупные серьги в ушах и ошейник с буквой «I» (Isis-Исида) на шее. Девушек ничуть не смущала их нагота, они к ней уже привыкли.
- Здесь классно, - говорила одна из них, совсем молоденькая. – тебе понравится. Мы свободно гуляем по всему Острову, у нас ни в чем нет недостатка, нам не нужно думать о пропитании и о завтрашнем дне (Инга вспомнила, что точно такую же формулировку она услышала от ханум, а еще ранее от Антона) На праздники нам дают красивую одежду. Но самое прикольное – это служба в храме Исиды и праздничные обряды.
Инга не понимала многое из того, что ей говорили девушки – служба в храме, праздничные обряды – и лишь позднее она все это увидела воочию. Ей по-прежнему хотелось секса, правда не так сильно, как в первый день на яхте, но из-за «пояса верности» у нее не было возможности самоудовлетворения. Поэтому она с нетерпением ждала, когда Антон в очередной раз придет и ее поимеет.
В первый же день на Острове ей показали храм Исиды. На первый взгляд, в нем не было ничего необычного, за исключением больших статуй Исиды и Осириса. Оба были обнаженные, и у Осириса в паху торчал большой фаллос в эрегированном состоянии. Девушке сказали, что именно так изображался Осирис в Древнем Египте, и его фаллос считался священным.
Инге не сразу показывали и рассказывали все тайны, окружавшие культ Исиды на Острове, это делалось постепенно, иногда исподволь, с тем чтобы в течение месяца-двух подготовить ее к роли жрицы. Ханум подготовила таким образом уже не одну жрицу, и у нее выработались в этом отношении определенные навыки.
В действительности ситуация была следующей. На Острове практически не было женщин: работа вне дома и на Востоке, и в Африке является как правило уделом мужчин, женщины же в основном занимаются домашним хозяйством. Поэтому было установлено, что все работы на Острове, начиная от функций охранников-полицейских и заканчивая уборкой помещений и приготовлением пищи, будут выполнять мужчины. В большинстве это были негры, индусы или другие туземцы. Помимо цветного персонала, было белое «правительство» Острова, состоящее из преданных Антону помощников, привезенных из России. Разумеется, пребывание на Острове без женщин в жарком расслабленном климате, да еще вид голых красавиц-жриц, разгуливавших вокруг совершенно свободно, распаляли сексуальный аппетит мужчин, который регулярно требовал удовлетворения. И они приходили именно за этим – в храм.
В храме было специальное помещение, где все желающие могли поиметь понравившуюся им жрицу, из тех, что дежурили в это время в храме. Мужчина заходил в помещение и видел перед собой прозрачную (зеркальную) перегородку, за которой находились жрицы. В перегородке были проделаны отверстия для просовывания члена. Он выбирал на мониторе понравившуюся девушку и вид секса – оральный или анальный. После этого жрица получала указания, что ей следует делать. В случае орального секса жрица слышала: - О жрица Исиды! Послужи своему господину Осирису! Почувствуй на своих губах его божественный фаллос и проглоти его божественное семя!
Таким образом, всему процессу придавался сакральный смысл. В случае же с анальным сексом жрица тоже получала указание – принять в себя божественный фаллос и семя Осириса. При этом она вставала таким образом что ее попка оказывалась прижатой к отверстию в перегородке и наклонялась вперед, держась для устойчивости за специальный поручень. После чего мужчина мог ее трахать, но только в попку, поскольку вагина была закрыта «поясом верности».
