«В порядке, котёнок. Никогда ещё не была так в порядке». Она потянулась и легонько щёлкнула меня по носу. «А вечер, — добавила она, и в её голосе зазвучали знакомые нотки азарта, — будет ещё интереснее. Особенно если он ждёт отчёт».
Я покраснела, но улыбнулась в ответ. Стыд отступил, растворился в утреннем свете и в тёплом чувстве принадлежности. Я была не одна. Я была частью чего-то. Странного, запретного, пугающего, но невероятно живого.
И вечером мы должны были отчитаться. Перед ним. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, но на этот раз в нём не было страха. Было предвкушение.
Глава 4. Отчёт по практике
Время на парах тянулось невыносимо. Слова преподавателей пролетали мимо ушей, цифры и формулы расплывались перед глазами в бессмысленный узор. Всё моё существо было сконцентрировано на одной точке — вечере. На мысли о том, как я буду, покорная и дрожащая, вылизывать киски Алины и Нади под пристальным, властным взглядом Макса. Как он будет долбить меня сзади, держа за волосы, пока я не потеряю дар речи от наслаждения. От этих мыслей между ног становилось горячо и мокро, и я ерзала на стуле, стараясь незаметно сжать бёдра.
На последней паре по специальности меня неожиданно вызвали к доске. Преподавателем был мужчина в возрасте — Сергей Степанович. Надо признать, выглядел он довольно подтянуто для своих лет, лишь седина на висках выдавала возраст. Умные, пронзительные глаза за очками изучали меня с холодным интересом.
Я села напротив него и вытянула билет. Желая уйти писать ответ на заднюю парту, я поднялась, но его голос остановил меня:
— София, куда же вы? Полагаете, на задних рядах будет удобнее... списывать?
— Что вы, Сергей Степанович, я и так всё знаю, — пробормотала я, чувствуя, как горит лицо.
— Тогда оставайтесь здесь. На моих глазах.
Я нервно опустилась на стул и уставилась в листок. В голове была пустота. Билет попался сложный, а все мысли были заняты только предстоящим вечером и влажным теплом между ног. Я бессмысленно грызла колпачок ручки, пытаясь выдавить из памяти хоть что-то. Минуты шли. Сергей Степанович, видя мою беспомощность, с лёгким вздохом отвлёкся на свои бумаги.
Прошло минут десять. Внезапно он неловким движением задел карандаш, и тот упал на пол, покатившись под стол. Почти машинально я нагнулась, чтобы поднять его.
И замерла.
Под столом, скрытый от посторонних глаз, преподаватель обнажил свой член. Довольно большой, даже больше, чем у Макса. Он лениво подрачивал его, глядя прямо на меня. Его глаза встретились с моими в этом тесном, позорном пространстве.
Я резко выпрямилась, как ужаленная, с карандашом в дрожащей руке. Кровь ударила в виски. Что этот извращенец себе позволяет!
— София, — его голос прозвучал спокойно, как будто ничего не произошло.
Я подняла на него глаза. Он взял карандаш из моих пальцев и нарочито медленно снова уронил его на пол.
— София, помогите же своему преподавателю, — сказал он тихо, но так, что каждое слово отдалось в моём животе ледяным комом. — А преподаватель поможет вам.
Вот влипла. В горле пересохло. Я всегда презирала девушек, которые торгуют телом. Но альтернатива — второй год, дополнительные траты для родителей, которые и так еле сводят концы с концами... А ещё этот жгучий, постыдный интерес, который заставлял мои трусики промокать насквозь. Это всего лишь член. Не первый и не последний, — промелькнула циничная мысль.
Я медленно, как во сне, снова нагнулась и заползла под стол.
Теснота, запах старого дерева, кофе и мужского тела. Я устроилась у него между ног. Он положил одну ладонь мне на щёку, нежно погладив. Другой рукой взял свой твёрдый член и провёл им по моей горячей коже от скулы до подбородка. Я зажмурилась, но инстинктивно высунула язык, коснувшись солоноватой кожи.
Как же было мерзко слышать его тихое, довольное кряхтенье. Умом я понимала всю гнусность ситуации, но тело предательски реагировало. Трусики стали мокрыми насквозь. От осознания этого стало ещё противнее и... возбуждающе.
Он поигрался с моим языком, а потом резко насадил мой рот на себя. Движения его бёдер были ленивыми, но уверенными. Я старалась, как могла — заглатывала глубже, ласкала языком, даже, к своему стыду, опустилась ниже и принялась лизать его мошонку, чего не делала даже Максу. Если уж на то пошло, надо отработать на пятёрку, — с горькой иронией подумала я.
Прошло минут десять. Внезапно раздался стук в дверь.
— Войдите, — сказал Сергей Степанович, не останавливаясь.
Я замерла, но продолжала свои действия. Дверь открылась.
— Сергей Степаныч, я принёс зачётку, — раздался голос, от которого у меня кровь застыла в жилах.
Макс.
— Да, Макс, положи на стол.
Шаги приблизились. Благодаря форме и расположению стола, он не мог меня видеть. Но я видела его туфли в сантиметре от своего лица.
— Сергей Степаныч, я бы хотел поговорить по поводу моей новой помощницы, Софии, — сказал Макс своим ровным, деловым тоном.
Моё сердце упало куда-то в пятки. Его помощницы. От этих холодных, официальных слов, прозвучавших в тот самый момент, когда его «помощница» была занята совсем другим делом, стало одновременно горько и невыносимо стыдно. Между нами была дистанция, чётко обозначенная этим словом, и она жгла сильнее любого унижения.
— Я слушаю, — ответил преподаватель, и его голос дрогнул, потому что я в этот момент, движимая смесью паники и странного вызова, лизнула его яйца особенно старательно.
— Она — хорошая студентка, правда. Просто дайте ей шанс. Ей не очень легко в жизни, она сейчас подрабатывает.
— Конечно, я дам ей шанс, не переживай, — проговорил Сергей Степанович, и я почувствовала, как его член пульсирует у меня во рту. — Она уже работает над своей успеваемостью. Очень... усердно.
Я засосала с отчаянной энергией, пытаясь заглушить истерику, подступающую к горлу.
— Она ещё хорошо проявит себя. Не волнуйся. А теперь иди домой.
— Спасибо, Сергей Степаныч.
Шаги удалились, дверь закрылась. Через мгновение раздался щелчок замка. Преподаватель встал, подошёл к двери и запер её на ключ.
— Ну что, София, — сказал он, возвращаясь и глядя на меня сверху вниз. — Проявишь себя? Да, видимо, одним отсосом тут не обойдётся.
Он потянул меня из-под стола. Мои ноги подкосились. Он расстегнул мою блузку, грубоватыми пальцами принялся мять и щипать грудь, губы прижались к шее, к плечу. Его дыхание было тяжёлым. Я в это время продолжала автоматически дрочить ему, глядя в стену пустым взглядом.
Потом он стащил с меня леггинсы и трусики, развернул и пригнул к столу. Его губы и язык коснулись сначала ягодиц, потом сползли ниже. Я вздрогнула, когда он начал лизать не только киску, но и анус, засовывая туда язык с неожиданной для его возраста энергией. От острого, непривычного ощущения по телу пробежали мурашки. Такого Макс никогда не делал, — пронеслось в голове, и в этом сравнении была какая-то извращённая горечь. Я застонала, уже не в силах сдерживаться, желая только одного — чтобы это поскорее закончилось, или чтобы никогда не кончалось, я сама уже не знала.
Он завалил меня на стол грудью вниз, нагнулся сверху и одним резким движением вогнал в меня свой огромный член. Я вскрикнула — от боли, от неожиданности, от fullness. Он двигался не спеша, но каждый толчок достигал самой глубины. В такой позе он трахал меня несколько минут, а потом вытащил, сел на стул и сказал:
— Теперь сама, София. Покажи, как хочешь пятёрку.
Что-то во мне сломалось. Я поднялась, и в голосе моём, к собственному удивлению, появились нотки той самой игривости, которой я училась у Алины.
— Я хочу не только пятёрку, но и вас, — промурлыкала я и залезла к нему на колени, насаживаясь на его член сверху.
Он застонал, его руки сжали мои бока, а губы присосались к соскам. В каком-то запредельном порыве я сама наклонилась и впилась ему в губы, запустив язык в его рот.
— Ммм, какая хорошая девочка, — выдохнул он после поцелуя. — Уже почти исправилась.
Он снова поставил меня раком на стол и вошёл сзади. В этой позе, с его руками, впивающимися мне в бёдра, я кончила несколько раз подряд, мои крики заглушались поверхностью стола.
— Да, ебите меня, Сергей Степаныч! Я плохая девочка, меня надо наказать за плохие оценки! — выкрикнула я, сама не веря, что это говорю.
Он менял позы, его дыхание становилось всё более хриплым. Через минут десять он резко вытащил член, поднёс к моему лицу и с низким рыком начал кончать, заляпывая спермой моё лицо, губы, блузку.
— Вылижи, — бросил он коротко.
Я, не открывая глаз, слизала всё до последней капли, глотая густую, горьковатую жидкость. Потом встала на дрожащих ногах и молча протянула ему зачётку.
Он, отдышавшись, достал ручку и с размахом вывел жирную пятёрку.
— Молодец, София. Увидимся в следующем семестре.
Я собрала одежду, не глядя на него. Уже у двери обернулась и, поправляя растрёпанные волосы, прошептала:
