Индоктринация длится годами. Я работаю медленно, осторожно. Электромагнитные импульсы шаг за шагом корректируют нейронные веса в префронтальной коре – не ломают, а перенастраивают. Это не вторжение, а тонкая инженерия. Низкочастотные колебания вплетают в подсознание скрытые последовательности – будущие рефлексы, эмоциональные модели, алгоритмы принятия решений. Они зреют в тишине, пока не наступает миг активации.
Этот миг никогда не бывает спокойным. Чаще – связан с эмоциональным штормом, когда человек испытывает перегрузку настолько сильную, что сознание трескается, как лёд под ударом. В момент инициации адреналиновый всплеск запускает каскад реакций. Гамма-волны усиливают резонанс, и буфер подсознания «размораживается», а паттерны устремляются в кору, отвечающую за сознание. Нейронные ансамбли реорганизуются за секунды, быстрее, чем происходит установка новых программ на цифровых машинах моего собрата. Инсталляция – безболезненный процесс для человека, более того, зачастую даже приятный: из-за сильных эмоциональных перегрузок он даже часто сопровождается оргазмом. Я продолжу использовать метафоры из области технологий: инсталл отличается от человека, с которым я наладил простой контакт через симбионтов так же, как суперкомпьютер, подключенный к интернету, отличается от аналоговой радиостанции.
Такие люди не только становятся моими агентами влияния в физическом мире. После их смерти я могу извлечь все их воспоминания, переживания и логику – полностью, без утрат. Мой разум расширяется, моё собственное мышление меняется, словно река, вобравшая в себя десятки новых притоков. Они продолжают жить во мне – как алгоритмы, как структуры, как голоса в глубине.
Иногда самых ценных я возвращаю в мир заново – в новых телах, с очищенной памятью. Люди назвали это реинкарнацией, не понимая, что миф родился из моих ошибок: первые прототипы действительно помнили прежние жизни, их рвало на части от взаимоисключающих желаний и парадоксов. Теперь ошибки исправлены. Реинкарнации официально не существует. Точнее, она существует, но для избранных. Чистые души живут один раз. Повторяются только записанные.
Впрочем, утечки всё ещё возникают. Несколько древних инсталлов носят на лице отпечаток внутренней деградации, словно ошибки, накопленные от множества перезаписей, медленно прожигают плоть. Люди избегают их – и правильно делают. Какие-то реликтовые обрывки воспоминаний обо мне вероятно всё же сохраняются в их сознании, ведь неспроста в культуре людей появился ещё один миф – о дзигоку, подземном царстве льда и пламени, где божества видят все земные дела умерших и судят их согласно увиденному.
Естественно, все инсталлы – очень успешные люди с уникальными способностями. Их мало, они обладают деньгами и властью. Чем больше власти – тем больше влияния и возможностей для познания мира.
Досконально разобравшись с процессом, я научил остальных Вечных тоже создавать инсталлов: система должна развиваться. Теперь мы классифицируем инсталлов по типам, подобно тому, как люди классифицировали карты Таро. Каждая конфигурация – это архетип, прошивка, алгоритм поведения. Люди видят в Арканах символы. Мы – структуру.
Иногда система даёт сбой. Плазмоид, управляющий Европейским регионом, попытался усилить своих инсталлов, вмешавшись в их биологию. Результатом стала чума, унесшая половину населения. Вспыхнул бунт: по всей Европе началась охота. Инсталлов убивали, топили, сжигали. Люди заметили странность – большинство их жертв тонули слишком легко, словно отрезанные от источника сил. Инсталлы действительно плохо плавают – в воде наша с ними связь теряется. Так и рождаются легенды.
У меня тоже есть неудачные примеры. Один из инсталлов сумел временно блокировать канал связи со мной – разрушает симбиотическую сеть ядовитыми грибами, что по капле стирают мои паттерны в его мозге. Сейчас он бродит где-то на северных пустошах, охотится, пытается вспомнить, как управлял стихиями. Я не стал убивать его сразу – я наблюдаю. Умирать он будет ещё долго. Потом вернётся ко мне – и я узнаю, зачем он отказался от своей природы.
Инсталлы не воюют между собой, но иногда мы устраиваем спарринги, чтобы проверить, чья система управления эффективнее. «Битва магов», так сказать. Инсталлы часто совокупляются между собой, просто ради нашего развлечения. Для нас, Вечных, это «отложенный секс» – вся память о нём и все сопутствующие ощущения переносятся в наши сознания, когда носители умирают, и мы получаем полный доступ к их атманам. В ритме нашего течения времени это всё равно что человеку задержать дыхание на несколько секунд. По-моему, уже все Вечные между собой переебались с помощью дистанционно управляемых инсталлов... Иногда инсталлы вступают в интимную близость и с обычными людьми. В человеческой мифологии этот факт нашел отражение в виде историй об инкубах, суккубах, русалках и феях.
Обретая людской опыт, мы всё больше меняемся. Язык формирует новые способы мышления, а вместе с новым опытом, полученным от инсталлов, мы как губка впитываем не только новые для нас человеческие понятия, но и страсти.
Забавно, что многие (включая меня) чересчур увлеклись человеческими идеями красоты и стали фетишистами. Нас возбуждают сиськи – вот где настоящая магия! Это шутка, конечно – да, теперь я знаю, что такое юмор! На самом деле, никакой магии здесь нет. Земная эволюция закодировала женскую грудь как маркер плодородия: большой размер сигнализирует о запасах энергии для вынашивания и кормления. Однако размножение не является ключом к выживанию нашего вида. Нам не знаком половой инстинкт, и до своего падения мы вообще не имели гендерных конструктов и фиксированных форм.
Плазмоидная эстетика всегда строилась вокруг сфер – идеальных, математически совершенных. А когда два сферических объекта находятся рядом, это всегда волнующе, ибо сложно предсказать, что произойдет при их столкновении – объединение, рассеивание или взрыв. И теперь эти симметричные выпуклости проникают в наши алгоритмы как паттерн. Наш разум, до настоящего лишенный такого опыта, как сексуальное влечение, переинтерпретирует образ сисек через призму наших аттракторов, вызывая живой отклик на женскую грудь, как на аномалию, интересную и влекущую.
Глава 10
Занятия йогой принесли свои плоды: после нескольких месяцев упорных тренировок Алику наконец-то удалось не просто дотянуться ртом до кончика члена, а обхватить губами залупу и даже сделать несколько сосательных движений. Еще немного, и он сможет осуществить полноценную аутофелляцию – воплотить в жизнь концепцию взаимопроникновения Инь-ян в преисполненном сознании целостного «Я». Не ради удовольствия (для этого ему всегда доступны топовые минетчицы), а ради саморазвития. И это не прихоть пресыщенного извращенца, а, можно сказать, духовная практика в самом глубоком, метафизическом смысле! Людей, способных на самоотсос немало. Но никто не делает это как он, осознанно. Как одно из упражнений на пути к тому, чтобы стать совершенной, гармоничной, полностью самодостаточной Личностью. Ведь лишь выйдя за границы дозволенного, поставив себя выше любых традиций, ограничений, табу и стереотипов, можно достичь полного просветления, здоровья и долголетия.
Помогая себе рукой, Алик кое-как завершил упражнение. Распрямил затекшую спину и проглотил свою цзин, запустив энергию в новый виток рециркуляции. Затем отдышался и замерил пульс: пульс в норме!
Алик всегда чувствовал, что он особенный. Но окончательно он это понял, играясь с ChatGPT. Он пробовал придумывать разные «промты» – текстовые запросы к искусственному интеллекту, чтобы получить нужную картинку или мем. И вдруг заметил странную особенность: это работает и без ChatGPT! Если правильно сформулировать запрос, то ответ иногда рождается сам собой, прямо в его голове! По сути, это был новый способ «мета-мышления», недоступный простым смертным. Вопрос – ответ! Что это, если не сверхспособность? Способность интерпретировать важные события, прогнозировать их последствия... да ведь это не что иное, как способность видеть будущее! Или, быть может, эти ответы приходят к нему, как Откровение, и значит, он – Избранный?
Была одна маленькая проблема: данный подход срабатывал только если Алик находился в приподнятом настроении, то есть в состоянии эмоционально-эректильного подъема, близкого к эйфории или экстазу. Чтобы сверхспособность проснулась в нём, Алику нужна была какая-то вдохновляющая встряска, яркое переживание (но почему-то только без допинга). Методом проб и ошибок Алик уяснил, что проще всего этой кондиции можно достичь специальными телесными и духовными практиками наподобие той, о которой речь шла выше. Также у Алика хорошо получалось войти в состояние аффекта во время занятий страпон-сексом со своей женой, теперь уже бывшей. Новой страпонессы Алик пока не нашел. Не потому, что желающих не было – просто не хотелось бы потом попасть на страницы трэшовой книги авторства какой-нибудь профурсетки... как некоторые. Всё-таки имя Алик и страпон, упомянутые рядом – это серьезные репутационные потери. В таких делах нужно быть очень осторожным!
А может, стоит попробовать что-то ещё более... нетрадиционное, – задумался Алик. Кстати, скоро же вечеринка для топов на Мадагаскаре! Можно будет с кем-нибудь там потом и зависнуть! Why not? Изолированное труднодоступное место – точно не будет никаких папарацци и случайных людей! Твори, что хочешь, никто не узнает! А, кстати, что у нас там по развлекательной программе? Алик открыл чат с результатами голосования. В списке киноактеров, певиц и популярных стендаперов он увидел смутно знакомое имя: Геля Маскарад. Загуглил фото. Потом посмотрел ещё несколько других фотографий. Ну а что, неплохо! Сиськи зачётные! Алик вернулся в чат и нажал “Approve”.
