ГЛАВА 2
Мы не спеша шли по узкой улочке. Из кафешек, в большом количестве попадавшихся нам по пути, нос ласкали ароматы кофе, выпечки. Моя ладонь нежно сжимала пальцы Тани, а в другой руке болталась её рубашка — она все-таки взяла ее, сказав «на всякий случай».
Но я не думал, что такой случай произойдет.
Белая майка облегала её соблазнительные изгибы, а легкая юбка, колыхая при каждом шаге, открывала стройные ноги. Я был доволен, очень. Мне просто было хорошо, что она идет рядом, что нет-нет, но на нее смотрят, а она, стесняясь, прижимается ко мне, но тем не менее это ей тоже доставляло удовольствие.
Там, где мы гуляли, не особо можно было насладиться красотами Праги. Они, я так думал, ждали нас впереди. Но даже тут узкие улочки, вымощенные брусчаткой, старинные фасады домов давали нам возможность полюбоваться архитектурой.
Народу было немного. Туристы, такие же, как мы, фотографировали окружающее их великолепие и с удовольствием фотографировались сами. Пару раз даже нас просили сфотографировать, точнее, помочь сфотографировать. Где-то неподалёку уличный скрипач выводил мелодию, мальчишки бегали и вручали буклеты. Жизнь кипела, одним словом.
Таня постепенно успокаивалась. Сначала её плечи расправились, затем исчезла напускная сутулость, и вот она уже смеялась, рассказывая о планах на вечер, держа в руке рожок с мороженым и жестикулируя другой, свободной рукой. Я слушал её, украдкой посматривая на карту достопримечательностей.
До следующей точки нашего маршрута было ещё добрых полчаса пешком, и с каждым шагом энтузиазм Тани таял, как мороженое, что было у нее в руке.
— Может, проедем? — предложил я, заметив приближающийся автобус и указав на остановку.
Таня лишь облегчённо кивнула.
Автобус подкатил почти пустой: кроме водителя и пары пассажиров, в салоне, на удивление, никого не было. Мы устроились на заднем сиденье — я выбрал это место не просто так. Здесь было просторно, можно было любоваться городом через огромные окна, да и толчея, которая обязательно возникнет, если народ повалит, у входа нас не касалась. А выйти всегда успеем.
Таня прижалась ко мне. Она вытащила телефон из сумки и сфотографировала сперва нас, потом перевела объектив на окна, снимая то, что было за ними. Череда барочных фасадов, позолоченные шпили церквей, мосты через Влтаву — всё это проплывало перед нами.
Но идиллия длилась недолго.
На одной из остановок в автобус ввалилась шумная компания. В основном в ней были парни, девушки в количестве двух штук забежали в самом конце. Они расположились у выхода, громко переговариваясь на чешском. Сначала их внимание ограничивалось редкими взглядами в нашу сторону, но вскоре перешло в откровенное разглядывание. Кивки, перешептывания, похабный смех — Таня напряглась, как струна.
Я почувствовал, как её пальцы впиваются мне в ладонь.
— Максим, — прошептала она, — дай рубашку.
Её голос дрожал. Я уже собирался что-то сказать, когда заметил, как один из парней, поднёс руку ко рту и начал делать непристойный жест, причмокивая при этом. Таня в этот момент была занята рубашкой и не видела начала, то что это было одресованно не ей.
Она увидела момент, когда парень, продолжая жесты, посмотрел на нее.
— Пошли! — Таня дёрнула меня за руку, когда автобус начал замедляться у следующей остановки. В её глазах читалась паника.
— Но нам ещё две…
— Макс, пожалуйста! — Она уже встала, сжимая в руках мою рубашку. — Эти уроды... Ты видел, что они… Они пялятся на мою грудь, и ты видел, что он показал…
Я видел, но говорить что это не ей не стал, это было бесполезно.
Не дожидаясь ответа, она направилась к выходу. Я последовал за ней. Парни затихли. Когда мы поравнялись с ними, произошел второй казус.
Один из них неожиданно наклонился, просто потянулся за упавшей пачской сигарет. Но со стороны могло показаться, что он хочет заглянуть под юбку Тани. И она среагировала, мгновенно: прижала юбку руками и замерла. Я не стал ждать, что будет дальше, и слегка подтолкнул её. Реакция Тани поразила меня и заставила парней рассмеяться. От прикосновения она подпрыгнула, по-детски взвизгнула и со словами: «Руки убрал!» — быстро вышла из автобуса, точнее, вылетела. Я вышел следом.
В гостиницу мы вернулись на такси. Гулять дальше не было никакого желания. Пока ехали, мы почти не разговаривали, лишь обменивались короткими фразами. Я не лез с вопросами, зная, что Тане нужно время, чтобы просто успокоиться. Лучше всего было просто быть рядом. К произошедшему в автобусе мы вернулись уже когда поднимались по лестнице.
— Красивый город всё-таки, — произнесла она.
— Это да! — согласился я, пропуская её вперёд. — А ты чего визжала-то?
— Когда?
— В автобусе, Тань.
— А, это, — она махнула рукой, — просто один из этих идиотов схватил меня за попу. — Она остановилась и, повернувшись, ткнула мне в грудь пальцем. — А ты даже усом не повел, муж, блин.
Я рассмеялся.
— Что?
— Тань, это я тебя коснулся, подтолкнул, так сказать. И не за попу вовсе. Ты замерла, что ещё было делать-то, — я приобнял её, пытаясь поцеловать.
Таня выскользнула из моих объятий и направилась по коридору к номеру, бросая через плечо:
— Хорошо, что это ты... А то прям как в одном видео...
Я задержался у двери, вставляя ключ-карту в замок, и не удержался от вопроса:
— Я бы никому не позволил к тебе прикоснуться. А о каком видео речь?
Дверь щелкнула, мы вошли в номер.
— Да так, глупое... и пошлое, — она отмахнулась, сбрасывая туфли. — Постановочное порно, где девушку в автобусе... ну ты понял.
Я подкрался сзади, обвил её талию руками и прижал к себе, чувствуя жар ее кожи сквозь тонкую ткань футболки.
— Ого-го! — прошептал я ей в ухо, целуя мочку. — И когда это моя скромница такие фильмы смотрит? Искала «достопримечательности Чехии» и случайно наткнулась?
Она рассмеялась, повернув голову, чтобы поймать мои губы.
— Постановочное точно? — Я переместил ладони выше, накрыв её грудь. — И что там было в этом видео? Бедняжку приставаниями довели? Вот так?
— Макс... — её голос превратился в мурлыканье, когда она прикрыла глаза, наслаждаясь ласками. Чувствовалась нервозность, но она вытеснялась нарастающим возбуждением. Я не собирался останавливаться. Мои губы скользнули по её шее, оставляя влажный след, пока я продолжал:
— И сегодня ты почти оказалась на её месте... Если бы я не был рядом…
Она напряглась, и я почувствовал, как её дыхание участилось.
— Расслабься, — я сильнее прижал её к себе, ощущая каждый изгиб её тела. — Ты же сказала — видео постановочное?
— Да…
— Тогда представь, что в нём теперь ты…
— Макси-и-и-и-м... — её протест растворился в стоне, когда я задрал футболку с лифчиком, просто поднимая всё вверх. Мои пальцы впились в её грудь, слегка сжимая и оттягивая упругие соски.
Я чувствовал, как она заводится, как её тело откликается на каждое прикосновение. Хотя чувствовалось, что Таня напряжена, уже не так, как в начале, но всё равно это было заметно.
— Один из них вот так мог схватить тебя... — мой голос стал ниже, а движения — увереннее.
Пальцы медленно очерчивали контуры груди. Я буквально кожей чувствовал учащённое биение сердца. Лёгкое сжатие — и в ответ стон. Я нежно сжал соски и немного потянул, заставляя Таню повторно тихо застонать.
Дома, наверное, она бы не пошла дальше, сказав что-то типа: «Максим, меня только что лапали, а ты, как животное, всё к сексу сводишь». Сейчас же было всё иначе.
Ее руки сами нашли край футболки и медленно потянули вверх, обнажая тонкую талию, затем ребра, и наконец - грудь, которую я с удовольствие сейчас ласкал. Я сделал паузу расстегнув замок лифчика, быстрым движением, благо у меня никогда с этим проблем не было. Таня отбросила его к футболке, уде валявшейся на полу, прошептав:
— Макс …
Я резко развернул её к себе, прерывая поцелуем. Она ответила с жаром, ногти впились мне в плечи, а я одной рукой прижал её бёдра к себе.
— Макс … дай мне раздеться, хотя бы.
— Нет, солнышко, - я улыбнулся, целуя ее в шею. - Ты же помнишь - ты в автобусе, а я один из тех…
Моя ладонь скользнула по её щеке, затем опустилась на плечи и мягко, но настойчиво надавила вниз.
— Будешь сосат, русская, - прошептал я с ужасным акцентом, заставляя её улыбнуться.
— Дурак, что ты делаешь?
Она поддалась и опустилась на колени. Смотря на меня, она расстегнула мои джинсы. Член выпрыгнул наружу, уже твёрдый и готовый, Таня на мгновение замерла, рассматривая его, словно впервые.
— Ужасный акцент, — усмехнулась она, но её руки уже обхватили ствол, неуверенно как-то, словно еще сомневалась.
— Зато короший куй, - рассмеялся я, проводя пальцами по её волосам.
Таня засмеялась. Я чуть подтолкнул ее голову, и она приблизила лицо к члену. Первое прикосновение её губ к головке заставило меня сдержанно застонать. Я отвел голову назад, но тут же вернул. Я хотел видеть, видеть, как она будет это делать. Наблюдал, как её язык осторожно облизывает чувствительную кожу, как губы смыкаются вокруг, принимая член, проталкивая в рот.
— Максим... — она оторвалась, кашлянув, после того как я надавил опять на затылок. Её глаза, чуть расширившиеся, посмотрели на меня снизу вверх. — Я не очень…
