Глава 5. Семейный секрет
Я лежала, прижавшись к Ире, чувствуя, как её тело всё ещё дрожит от пережитого оргазма. Её кожа была горячей, влажной от пота, грудь тяжело поднималась под моей ладонью. Но мой взгляд был прикован к дверному проёму. Наташа стояла там, в тени, ночная рубашка задрана до талии, рука двигалась между ног быстро, отчаянно. Её глаза горели, губы приоткрыты, и когда она увидела, что я смотрю прямо на неё, она не смутилась — наоборот, раздвинула бёдра шире, показывая мне всё: гладкие, блестящие от влаги губки, пальцы, которые скользили по набухшему клитору круговыми движениями, иногда ныряя внутрь, выходя лоснящимися от её сока.
От этого зрелища внутри меня всё вспыхнуло с новой силой. Я хотела её завести ещё сильнее. Хотела, чтобы она видела каждую деталь. И чтобы кончила, глядя на нас.
Я повернулась к Ире, поцеловала её глубоко, жадно, мой язык проник в её рот, пробуя вкус её стонов. Ира ответила сразу, её руки потянулись ко мне, обхватили грудь, сжали соски. Я выгнулась, но не отрывала взгляда от Наташи — смотрела ей прямо в глаза, пока Ира посасывала мой сосок, пока её пальцы скользнули вниз по моему животу и нашли клитор, начали ласкать его уверенными движениями.
— Да… Ир… вот так… — простонала я громче, чем нужно, чтобы Наташа услышала.
Мои бёдра раздвинулись шире, я подалась навстречу её руке, и Наташа увидела всё — как пальцы Иры, её матери, входят в меня, какая я мокрая, как теку от её ласк.
Я поймала взгляд Наташи и медленно, демонстративно подняла руку — ту, что только что была между ног Иры. Пальцы блестели от её сока. Я поднесла их к губам, облизала один, потом второй, не отрывая глаз от Наташи, чувствуя солоноватый, мускусный вкус её матери на языке.
Ира почувствовала, что я на мгновение замерла, и приняла мою паузу за высшую точку предвкушения. Она нетерпеливо застонала и, впившись пальцами в мои бедра, притянула меня к себе еще настойчивее, буквально насаживая свою вагину на мою руку. Она и не подозревала, что этим движением лишь помогает мне: теперь Наташа видела всё еще отчетливее, каждый мой палец, исчезающий во влагалище её матери под моим пристальным взглядом. Наташа задрожала, её рука между ног задвигалась исступленно, она сжала губу зубами, чтобы не застонать вслух.
— Хочу тебя снова, — прошептала я Ире, но достаточно громко, чтобы Наташа услышала. — Хочу, чтобы ты легла под меня… чтобы мы обе… одновременно…
Я мягко перевернула Иру на спину, потом легла сверху — но так, чтобы мой взгляд падал прямо в дверной проём. Спинка дивана закрывала Ире обзор, она ничего не видела, а я — всё. Наташа стояла там, ночнушка теперь задрана до груди, одна рука ласкала сосок, вторая — между ног, пальцы входили глубоко, быстро, выходя блестящими.
Я опустилась ниже, целуя грудь Иры, посасывая соски, пока мои пальцы скользнули к её вульве — она была снова мокрая, горячая, готовая. Я раздвинула её губки широко, вошла сразу двумя пальцами, медленно, глубоко, чувствуя, как она сжимается вокруг меня, как её влага покрывает мою руку. Ира застонала, её бёдра подались вверх.
Мы перевернулись — я легла на Иру сверху, в позе 69, мои бёдра над её лицом, моя голова между её ног. Я расположилась так, чтобы видеть Наташу. Ира ничего не видела, её мир был только мной — моей мокрой вагиной.
Я припала к Ире — язык сразу нашёл клитор, лизал жадно, настойчиво, обводя его кругами, посасывая, втягивая в рот, чувствуя, как он набухает, пульсирует под моим языком. Я раздвинула её губки пальцами шире, проникла языком внутрь — глубоко как могла. Ласкала стенки, собирая густую, горячую влагу, которая обильно текла, покрывая мой рот, подбородок, стекая по шее.
Ира ахнула, её руки обхватили мои бёдра, притянули меня вниз, и её рот накрыл мою вульву — язык проник внутрь сразу, глубоко, лаская стенки, посасывая клитор, её пальцы раздвинули мои губки, вошли в меня — два сразу, растягивая, заполняя, изгибаясь и надавливая на чувствительную точку, от которой у меня ноги слабели.
Мы ласкали друг друга одновременно. Я лизала её, входила языком и пальцами, раздвигая её шире, посасывая клитор сильно, почти до боли. Чувствуя, как она дрожит подо мной, как её стоны вибрируют на моём клиторе, как её пальцы внутри меня двигаются в такт моим. И я смотрела на Наташу. Видела, как она ласкает себя в такт нам — когда я ускоряла движения языка на клиторе Иры, Наташа делала своими пальцами то же самое себе. Когда я входила пальцами глубже во влагалище её матери, она повторяла движение, её пальцы погружались вглубь и на выходе блестели от собственной влаги. Она развела нежные складки, показывая мне розовую, мокрую внутренность, как она входит в себя тремя пальцами, как клитор набух под её большим пальцем.
Я оторвалась на секунду, подняла голову и посмотрела прямо на Наташу, облизнула губы, покрытые соком Иры, и медленно вошла в неё тремя пальцами — глубоко, до упора, растягивая её, чувствуя, как она сжимается. Наташа задрожала, но не отводила взгляда. Её пальцы запорхали быстрее на клиторе, а вторая рука сжала грудь.
Ира подо мной начала стонать громче — её язык лизал меня быстро, третий палец протиснулся в меня, растягивая до предела, надавливая на стенку. Губы сомкнулись на клиторе и стали засасывать его вакуумом. Я ответила тем же — ускорила движения, сильно посасывая клитор Иры. Язык кружил быстро вокруг её чувствительной горошины, пальцы внутри неё двигались глубоко, быстро, растягивая, заполняя до отказа.
Наташа кончила первой — я увидела, как её тело напряглось, как рука замерла между ног, как она прикусила губу, чтобы не крикнуть, как влага обильно потекла по её бёдрам, как она задрожала, ноги подкосились, но она осталась стоять, прислонившись к дверному косяку. А широко открытые глаза — на мне.
Это добило меня. Оргазм накрыл меня мощной волной, сильнее всех предыдущих. Пока Ира жадно лизала меня, её пальцы внутри растягивали вагину, взгляд Наташи, её похоть и конвульсии — всё это разом добило меня и смешалось в один взрыв. Я закричала, уже не таясь. Влагалище сжалось, любовный сок хлынул фонтанчиком, а я билась на Ире, чувствуя, как она тоже кончает подо мной. Её крик уткнулся в мою вульву, тело выгнулось, стенки сжались вокруг моих пальцев спазмами, её влага обильно вылилась наружу, покрывая мой рот, лицо, шею.
Мы кончили почти одновременно — я, Ира и Наташа в дверях. Волны удовольствия катились по мне бесконечно — от языка Иры, от её пальцев, от вида Наташи, которая всё ещё дрожала, рука ладошкой покоится между ног, глаза на мне, губы в беззвучном «ещё».
Я медленно сползла с Иры, легла рядом, обнимая её. Она, тяжело дыша, прижалась ко мне, ничего не подозревая.
А я посмотрела в дверной проём. Наташа стояла там почти в приличном виде — ночнушка опущена, но глаза горели, а пальцы были мокрыми от её собственных выделений. Она подмигнула мне снова — медленно, обещающе — и тихо исчезла в коридоре.
Я улыбнулась. Я определённо без ума от этой семейки.
