Гетеросексуалы: Порно рассказы

«Мы с Людмилой вместе уже почти шесть лет, и, кажется, знаем друг о друге всё. Порой, однако, я в этом сомневаюсь. Возможно, она знает обо мне действительно всё (или почти всё, если касаться только нас двоих), а вот я: До сего дня не перестаю удивляться волшебной силе её тела, погружаясь в буйное море похоти и почти погибая в её жарких объятьях. Бывают минуты, когда, возлегая рядом по утолении страсти и обоняя терпкий аромат её гладкой и обильной плоти, я хочу от избытка чувств вцепиться зубами и»

«А теперь резко повернуть малышку спиной ко мне, приказать упереться руками покрепче о край ванны и прогнуть спинку сильнее, трусики с нее к черту вниз, увидев как струйка крови потекла между бедер и она дернулась снова... стоять я сказал... стоять, я сделаю все как надо... и резко ввести мой крепкий как кол мачо в истекающее кровью влагалище...о как у тебя горячо у тебя,как мокро,как классно... и сквозь струйку крови тебе ввести член по самую шейку матки, слыша как ты закричала как волчица в лесу...еще...и поглубже... о как мокро там у тебя... как печет,как хочется тебя крошка... и еще тебя на всю длину члена...как ту сучку во время течки... сквозь алые капли... поток горячей воды...поглубже и резче... еще резче... сквозь твой крик... и кровь между бедер... вводить и вводить до упора...закричать...и кончить в тебя и вместе с тобою...»

«Угомон был недолог... от нежных слов и трепетных поглаживаний я неожиданно для себя проявил искренне желание поближе познакомиться с этим невероятно гостеприимным влагалищем. а вот и секрет -словно рожок, в фалангу детского мизинчика величиной, выступает бордового цвета, бесстыдно трепетный клитор. раздвигаю бёдра локтями, ладони-на губищи и всей мордой лица-в сок и мякоть пизды. когда борода и усы напитываются её влагой, прикусываю слегка рожок-и наступает власть мужчины. танечка отзывается на самоё лёгкое движение губ, языка и невероятно возбуждающе дрожит животиком и бёдрами. дёргая себя за соски, она доводит возбуждение до пика, а мой пальчик, потирающий ребристую "крышу"вагины -последняя капля. в ещё сокращающуюся пизду ввожу свой хуй и начинаю долбить совершенно безжалостно, заботясь только о своём удовольствии. женское тело растворяется -мну обеими лапами задницу, всасываю груди до самого горла-и быстро достигаю апогея. остывая, болтаем обо всём.»

Парень с маленьким членом любит дрочить на волосатых девушек и встречает девушку своей мечты. Вот только она вебкамщица...

На краю пропасти...Кто-то пытается сделать шаг назад, чтобы уберечь себя от непредсказуемых последствий, а кто-то, закрыв глаза, в эту пропасть летит...

Два друга. Один — гений контроля, чье тело предает его из-за редкой болезни. Другой — авантюрист, жаждущий риска и свободы. Их поездка на Кубу должна была стать спасением, но превратилась в изощренную ловушку с появлением таинственной Ани. Но что, если она — не женщина, а вирус, созданный, чтобы взломать их код? Она не соблазняет — она анализирует. Для одного она предложит интеллектуальное унижение, заставляя его тело желать то, что презирает разум. Для другого — адреналиновый плен на грани публичного позора. Это история не о сексе, а о власти. Эротика как скальпель, вскрывающий самые темные и стыдные желания. Смогут ли они устоять, когда их дружба, верность и сама личность станут оружием в ее руках? И что произойдет, когда единственным выходом останется уничтожить друг друга?

Бонусная глава для тех, кому понравилась история про Лёшу.

Спокойствие - штука призрачная. Лана - птичка в золотой клетке, и стоило птичке захотеть попить, как она попалась злобному кошаку. Сын "гостеприимной" хозяйки ведёт себя куда более властно, чем она сама, и Лана понимает: в ней видят только тело для получения удовольствия

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

Впервые они позволяют себе заботу — и сразу же совершают ошибку, которая подрывает всю систему. Таблетка, купленная на последние деньги, становится не защитой, а оружием, направленным против собственного тела. Организм бунтует: рвота, боль, химическая пустота. И тогда приходит осознание — искусственные решения не работают. Их тела не хотят «спасения». Они хотят друг друга, даже если это опасно. Даже если это смертельно.

В этом районе все знают друг друга в лицо, но не догадываются, что происходит за закрытыми дверями. За фасадами домов скрываются истории страсти, разврата и запретных желаний.

«Что было в начале? Ничего не было. А потом все стало...»

«Анна послала очередной импульс и убедилась, что до сеанса с первым на этом маршруте инфобакеном два часа. Хорошая трасса - инфобакенов много - через каждые два-три дня снимай свежую информацию.»

«Он резко вытащил палец из ее задницы. Направил мокрый от ее смазки хуй на дырку ее ануса, и осторожно вдавил туда головку хуя. Она немного напряглась. Он вытащил головку из ее задницы, но лишь на секунду, чтобы снова войти в нее, но уже глубже.. С каждым разом все глубже, пока его хуй не погрузился в ее задницу полностью. И она с наслаждением принимала его теперь, когда мышцы растянулись. Она начала двигаться ему навстречу, навстречу его хую, который уже ебал ее в задницу так же сильно, как до этого в пизду.»

«Я поверхностно пробежался руками по изгибам и впадинам её тела, как бы убеждаясь, всё ли на своих местах. А затем, поддерживая Лили, предложил ей упереться спиной в одну стенку кабинки, а пятками -- в противоположную. Сам же, не отрывая рук (которые несли на себе часть нагрузки) от её задних полусфер, оказался промеж раздвинутых ног. И точным попаданием атаковал заветную цель. Лили зависала над полом и, возможно, представляла бы себя парящей птичкой, если б не конкретное ощущение насаженности на несгибаемую основу. Равнодушные струи, выжурчёвываясь сверху, наполняли водой её приоткрытый рот и сплошным потоком стекали вниз -- по загорелым плечам, по бледной, упруго дрожащей груди, по аккуратной темноволосой стрижке под животом.»

На горизонте сгущаются тучи и, похоже, что безмятежной жизни главной героине приходит конец. Кто-то прознал про тайную сторону её жизни, практически вывернув её наизнанку. И, теперь противник, будучи на коне, начинает диктовать свои условия, по-принципу "или - или"... Вся сложность заключается в том,что вызвавший Инну на переговоры оппонент, пока что пребывает инкогнито, что весьма затрудняет анализ ситуации и принятие соответствующих адекватных решений. А тут ещё, как некстати нахлынули воспоминания о своих стародавних фантазиях о несостоявшихся отношениях со своим старым другом и деловым партнёром Николаем Звонарёвым. Да не до секса же сейчас! Какой секс, когда всё дело грозит обернуться катастрофой и пожизненным сроком заключения??!! Однако воспоминания так и лезут из глубины её памяти...

Хаос посеян. Дружба разрушена. Два сильных мужчины сломлены и полностью в ее власти. Но это было лишь прелюдией. Теперь архитектор хаоса начинает пересборку, превращая своих жертв в единый механизм, подчиненный только ее воле. Это погружение в самую темную эротику, где нет места любви, а есть только гипнотический ритуал, стирание границ и коллективное подчинение. Под утробный ритм барабанов она заставит их забыть свои имена и прикоснуться друг к другу, чтобы окончательно уничтожить их эго. Но за этим мистическим трансом скрывается холодный расчет. И главный вопрос — какую цену заплатит сама создательница, когда ее собственный код даст сбой под напором чужого желания и собственной сломленной души?

В корпоративном аду, где слоганы бьются как тела в экстазе, Елена — буря розового хаоса — врезается в Максима, стену синего перфекционизма. Их проект тонет в спорах, но искры летят: от чата к бару, от касаний ног к поцелуям в полумраке. Дверь офиса захлопывается — и вот она на ковре, трусики в зубах, горячие ласки, стоны страсти. Уже никто не помнит о разногласиях — их объединили глубокие толчки, хлюпающие звуки и цунами оргазмов.

Артём во всём ищет со мной оптимальную гармонию. А я не могу понять - это свобода или клетка? Кажется моё тело мне не принадлежит - наш секс это красивое искусство, настолько, что нас можно впору в музей выставлять.

Системный администратор Алексей держит периметр в хрущёвке, ставшей убежищем для двоих. Ольга и Марина приходят сюда, чтобы смыть с себя маски и грязь большого города. В тесной квартире они спят втроем на одном диване, греют друг друга телами и лечат раны грубым, честным сексом. История о выживании, инстинктах и поиске тепла в мире, который давно сошёл с ума.

Чем ближе угроза разоблачения, тем сильнее их связь. Алина примеряет маску опасной женщины, Кирилл ловит в её взгляде вызов — и они трахаются у входной двери, пока за ней уходит участковый. Страх превращается в возбуждение, а шутка одногруппника — в подтверждение их тайны. Они играют в «брат с сестрой» на людях, но за стеной их квартиры рождается нечто большее: не просто связь, а замкнутая экосистема, где внешний мир — лишь фон, а законы диктуют их желания и раны.

«Мы прибыли в Амстердам. Был тихий июльский вечер 1948 года. Мне нарочно приходится указывать год, чтобы вы не подумали, что все, мною приведеное, вымысел, но об этом потом. »

«Я откинулся на подушки сиденья такси, переполненный ощущением ее близости. Я не пытался даже взять ее за руку. Она пришла, и в этом было высшее наслаждение...»

«- Нет, святой отец, мне больше не надо, - Марк закрыл своей могучей дланью хрупкое жерло хрустальной (наверное) стопочки.»

«Хочу, чтобы он подрочил при мне. Ну вот и проснулась старая болезнь. Но ведь я понимаю умом, что он маленький, что его это травмирует, но от этого хочется еще больше. Следующая стадия духовного оргазма - пропустить желание через влечение к психологической боли. Но у меня язык не поворачивается ему это предложить, а вот я и пришла к самой любимой моей части занятия любовью. Он уже сам хочет себя ласкать, только не знает как начать, чтобы не обидеть меня этим. Я кладу свою ногу между его ног и слегка надавливаю. Я вижу его желания и душу насквозь. Самое сладкое знать - сколько ты даешь наслаждения человеку. Третья стадия духовного оргазма - живи и чувствуй не своим телом, не своим разумом а разумом твоего любимого. Ты даришь ему прикосновения - пропусти их через себя. Представь, что он чувствует, тебе это вернется в десять раз больше. Вот он сам начинает ласкать себя об мою ногу, боже, с какой силой. Как мне знакомо это движение, господи, сколько человек прошло между моими похотливыми бедрами. Десятки. Каждый особенный, каждый что то делает по-своему .Выражение любви, выражение желания сливается для меня в этот момент. Я достигла совершенства, он забывает, кто он и что он делает. Инстинкт берет верх над разумом, а когда это произошло, то человека не надо ничему учить. Он начинает все делать сам, причем, так хорошо, как будто только этим в жизни и занимался.»

«Тогда стань на колени... любишь сама растегивать у мужчины? и доставать у него? и жадно брать в ротик? и смотреть мне в глаза, делая минет? и брать за щеку? и захватывать его полностью в рот? и чуствовать как он растет и пульсирует в ротике? и хочет его залить до краев? любишь когда мужчина спускает в рот тебе сперму? и обзывает тебя нецензурно? и ты выпьешь до грамма ничео не пролив? ты умница детка... мы все это с тобою пройдем... а сейчас тебя раком, подол платья повыше и сначало отрахаем тебя во влагалище... сквозь такие мокрые стенки...и до упора малышку...»

«"Кончи в меня, я пью таблетки". И я уже несдерживаясь вогнал член до конца и начал ритмично в ней двигаться. Карина схватилась рукой за железную пирилу. И принялась тихонько подмахивать в такт моим движениям прикусывая губу чтобы не закричать и не привлечь внимание. Она почувствовала что я кончаю и тихонько попросила - "вгони мне в жопу". Желание дамы закон? мокрый едва не кончивший член извлекаю из ее мохнатки и подвожу к анусу. Каринка не долго думая лезет в сумочку висящую у нее на руке, находит баночку берет немного пальцами и смазывает себе другую дырочку. "Предусмотрительная ты" - подумал я про себя. А в слух сказал "фигасе!". Каринка смущенно, насколько это получалось в ее положении фыркнула. В этот момент член "провалился" головкой в ее задницу, но к сожалению я тут же кончил. Следом Каринка? все это время она помогала себе добежать надрачивая клиторок. Кончать сжав зубы конечно не совсем то, но в кафе особо не покричишь. Мы вытерлись ее салфетками, оделись (трусики так и остались в сумочке) и вернулись за столик. Довольные заказали по сто грамм конъяка и отметили наше "выступление". За столиком решили что я отпрошусь на ночь, а мы раз уж начали, так закончим начатое. Оказалось что у Каринки есть ключ от квартиры подруги, на случай срочно переночевать, Что Дашка (подруга) редко там бывает, но даже если она дома то против визита не будет... . . но это уже другая история.»

Неуклюжая Милка застревает так, что только зад и видно! А народ такой – грех не воспользоваться возможностью. Да и зачем мелочиться, когда рядом целая гора отличных овощей, которыми очень удобно воспользоваться не по назначению?

Брат и сестра оказываются заперты в пустом родительском доме, где воздух пропитан невысказанным напряжением и призраками прошлого. Каждая вещь, каждое воспоминание становится катализатором их взаимного, подсознательного влечения. Геометрия отсутствия обнажает то, что они так долго скрывали, заставляя столкнуться не только с тенями прошлого, но и с запретной природой их собственной связи.

Ольга не продаёт тело — она продаёт иллюзию власти. За полмиллиона рублей в новогоднюю ночь она становится Богиней для тех, кто привык покупать всё, кроме собственного спокойствия. Но когда клиент нарушает протокол, а риск превращается в удовольствие, граница между работой и желанием стирается. В её мире нет места слабости — только контроль, боль и холодный расчёт. Но что произойдёт, когда даже она захочет нарушить собственные правила?