Глава 9. Серебряная фольга
Резкий металлический грохот разорвал утреннюю тишину.
Бам-с.
Звук оцинкованного ведра, ударившегося о кафельный пол, заставил Алину мгновенно проснуться. Сердце, ещё секунду назад бившееся в сонном ритме, рвануло в галоп, ударяясь о рёбра с такой силой, что стало больно дышать.
Она резко села в кровати.
Голова была тяжёлой, словно набитой мокрой ватой — последствие вчерашнего вина и пережитого ужаса. Во рту пересохло, язык был шершавым, как наждачка, и прилипал к нёбу.
Но тело помнило всё.
Между ног ныло. Но это была не просто боль в перерастянутых мышцах. Это было странное, пугающее чувство зияющей пустоты. Тело, которое вчера было грубо и плотно заполнено до предела, теперь ощущало этот вакуум физически остро. Внутри всё ещё пульсировало, рефлекторно сжимаясь, пытаясь обхватить то, чего там больше не было.
Слизистая горела, саднила, но это жжение парадоксальным образом вызывало не желание исцелиться, а иррациональный голод. Ей хотелось вернуть эту тяжесть, эту распирающую боль обратно, чтобы заткнуть дыру внутри себя.